Логотип журнала "Провизор"








ХАРЬКОВ – РОДИНА ХИНИНА?
Другие статьи из раздела: Экскурс в историю
Статья
№ 15'2011 Календарь
№ 14'2011 Две фармакологии Евгения Котляра: к истории давней дискуссии
№ 14'2011 Календарь
№ 13'2011 Харьков родина хинина?*
№ 13'2011 Календарь
№ 12'2011 Календарь
№ 11'2011 Календарь
№ 09'2011 Календарь
№ 08'2011 Календарь
№ 08'2011 Вікторов Олексій Павлович (1945 – 2011)


ХАРЬКОВ – РОДИНА ХИНИНА?

Недавно в нашем журнале (№7, 2011) прошла в связи с Всемирным днем борьбы с малярией следующая информация: «Считается, что хинин из хинной коры впервые был выделен русским профессором Ф. Гизе в Харькове, но его работа не была известна в Европе. В 1820 году Пьер Жозеф Пеллетье и Жозеф Бьенеме Каванту во Франции выделили алкалоиды хинин и цинхонин». Но кем и почему считается? Чтобы разобраться в этом вопросе, отправимся во времена наполеоновских войн, открытия Харьковского императорского университета и юности Пушкина, не раз вспоминавшего «дней Александровых прекрасное начало».

Впрочем, гипотеза о том, что Харьков – родина хинина (как Россия – слонов) значительно моложе самого алкалоида. Ей немногим более полувека [1, 2]:

«Особенно следует отметить работы харьковского профессора Ф.И. Гизе, которому принадлежит честь выделения алкалоида хинной коры в чистом виде раньше французских фармацевтов Пеллетье и Каванту по крайней мере на четыре года. В 1817 году Ф. И. Гизе дал подробное описание способа выделения действующего начала хинной коры в «хрусталях» (кристаллах). К большому сожалению, открытие Ф.И. Гизе почти никем из его современников не было отмечено
.

Профессор Медико-хирургической академии (МХА), он же редактор «Военно-медицинского журнала» (ВМЖ), Прохор Александрович Чаруковский был первым и единственным ученым, заявившим в 1829 году о приоритете Гизе в открытии алкалоида хинина (ВМЖ, 1829, №1, ч. 13, с. 64)».

С начала 1950-х годов эти утверждения П.П. Саксонова тиражируются популярными изданиями СССР и СНГ, циркулируют в Интернете, постепенно обрастая свежими деталями. Так, во вводной статье «Столетний юбилей физико-математического факультета: взгляд из XXI в.» к книге [3] канд. ист. наук Т. Г. Павлова с гордостью за Харьков пишет: «Ф.И. Гизе впервые синтезировал хинин». Очевидная, казалось бы, ошибка, но никто не утруждается заглянуть в первоисточники и увидеть своими глазами, что же в действительности написано, например, в указанном Павлом Петровичем Саксоновым номере ВМЖ?

А там некто с инициалами П. Ч. опубликовал сокращенный перевод статьи немца Ф.И. Виттманна в немецком же журнале [4]. В той статье констатировались преимущества сернокислого хинина перед хинной коркой, отмечалась терапевтическая эффективность алкалоида «во всех видах лихорадок» и т. д. Но Гизе назван в ней лишь «означившим» (а не открывшим!) другой алкалоид хинной корки – цинхонин. Хинин же, по мнению автора и переводчика [4], открыли и назвали французы (рис. 1).

Итак, Прохор (на самом деле Алексеевич) Чаруковский (1790 – 1842) — если под инициалами П. Ч. скрывается этот сын священника из с. Пологи Переяславского уезда Полтавской губернии, воспитанник Черниговской семинарии и МХА, как раз в 1829 году утвержденный в звании профессора, — не заявлял того, что ему приписал Саксонов. Значит, в тщательной проверке нуждаются и остальные утверждения ей.

Для начала внимательно присмотримся к русскому профессору из Харькова.

Фердинанд Иванович Гизе (Иоганн Эммануил Фердинанд, поэтому И. Гизе, встречающийся в некоторых текстах, – Ф. Гизе) проработал 10 лет в Харькове, оставив здесь заметный след: есть несколько биографических справок, полный список трудов; не хватает лишь портрета.

По словам биографов, Гизе родился 2 января 1781 года в с. Шаумбург близ Кюстрина (Пруссия) и, получив первоначальное образование, посвятил себя фармации. Сначала он обучался ей в Кроссене, затем пемался в лаборатории Шрадера, причем слушал еще лекции по химии, ботанике и другим наукам. После этого Гизе управлял химической фабрикой д-ра Дишлера в Аугсбурге, а в 1802 году стал помощником заведующего Императорской аптекой в Вене. В 1803 году он был приглашен попечителем Харьковского учебного округа Потоцким на должность адъюнкта химии в проектируемом университете.

Рис. 1. Первые страницы статьи [4].


Официально Гизе был зачислен на русскую службу 6 января 1804 года, за год до официального открытия вуза, а 13 июля 1805 года его утвердили экстраординарным профессором по кафедре химии и металлургии. Ординарным профессором той же кафедры был другой немец, за которого, как пишут, хлопотал лично Гете — Иван Андреевич (Людвиг) Шнауберт, уроженец Гессена и доктор философии. Этот ровесник Гизе ничем выдающимся себя в Харькове не проявил: Шнауберт «tradete propriis dictates latino sermone chemiam theoreticam et practicam» с присовокуплением важнейших опытов, руководствуясь учебником Шерера»; публикаций почти не имел, и в 1811 году был «уволен по прошению в отставку вследствие нездорового харьковского климата, уехал в Москву и там дошел почти до нищенства». 6 апреля 1811 года Гизе получил долгожданную должность ординарного профессора (теперь — фармации и технической химии); он работал на ней до 1814 года, когда переехал в Дерпт (Тарту).

Талантливый пруссак, оказавшись в Харькове, активно включился в исследования природных ресурсов Слобожанщины, которыми губернатор Бахтин «нагружал» иностранцев. Так, в списке публикаций Гизе после 10 работ, напечатанных еще в Германии (последние из них, включая докторскую диссертацию «Von der chemischen Processen, den dabei sich darbietenden Erscheinungen neubst Darstellung der sie bewirkenden Mittel und Ursachen», датированы 1804 годом, когда автор уже служил в Харькове), появились труды с местным колоритом:

Физико-химическое и врачебное испытание минеральных вод и некоторой глины, отысканной в Полтавской губ., в Константиноградском повете, близ реки Орели. — Харьков, 1806;

Hauptzаge von den Forschritten, welche die Naturforscher Russlands in der Kenntniss vaterlаndischer Naturerzeugnisse gethan haben und von denen welche noch zu thun оbrig sind.- Rede am Stiftungstage der Universitаt Charkow den 17 Jan. 1807;

Известие об испытании минеральных вод в дачах статского советника С. М. Кочубея, находящихся в Полтавской губернии, в Константиноградском уезде, при деревне, Дубовые Гряды называемой. — Харьков, 1808;

Известие об испытании минеральной воды, находящейся в дачах ротмистра Денисенкова, реехал в Берлин, где два года заниСлободскоукраинской губернии, Изюмского уезда, при деревне Быковке. — Харьков, 1809; Известия об испытании сукноваляльной земли, найденной в дачах надворного советника Н. В. Капниста в Екатеринославской губернии, Александровского уезда. — Харьков, 1812.

Другие работы этого ряда остались неопубликованными – например, исследование образцов каменного угля из Изюмского уезда (1805). По его результатам, засвидетельствовавшим «экономическую пользу», Гизе была поручена разведка месторождений, на что министерство внутренних дел выделило средства. В том же году Гизе исследовал «железную руду, торф, известковые камни и серные колчеданы, доставленные от Изюмского предводителя дворянства Захарашевича-Капустянского», а сверх того был командирован для исследования минеральных вод в слободу Рогань под Харьковоми в Купянский уезд, в имение помещика Элли. В 1806 году Гизе производил поиски торфа в Лебединском уезде, анализировал образцы «венецейских» красок из Волчанска («ярь оказалась по исследованиям хорошей доброты и к разным употреблениям весьма способной»). Потом исследовал метеорит, найденный в Сумском уезде (1807), обнаружил в осадке высыхающего озера в Новомосковском уезде Екатеринославской губернии значительное количество «аптекарской соды, превосходного качества и совершенно белой» (1808) и т. д.

Технические работы Гизе стали известны на самом верху — за сочинение «О выгоднейшем способе добывать и очищать селитру, основанном на химических началах» (Харьков, 1811) царь Александр I наградил автора бриллиантовым перстнем.

Понятно, что вышеперечисленные исследования были бы невозможны без должным образом оборудованной лаборатории. Одно время считалось, что при Шнауберте– Гизе химическая лаборатория «была скудной», «почти полностью отсутствовала», «ее самостоятельное (от лаборатории фармации, основанной в 1812 году) существование представлялось сомнительным». Но Д. И. Багалей убедительно доказал обратное, опираясь на официальные данные о ежегодном поступлении в химическую лабораторию приборов, утвари, посуды, реактивов, а также о денежных затратах, начиная с 1804 года, который и должно считать годом начала ее фактического существования. Летом 1805 года, когда открывшийся Харьковский университет посетил министр просвещения Завадовский, уже не стыдно было показать графу в числе немногих действующих подразделений нового вуза и химическую лабораторию.

Молодая энергия (Гизе не было и тридцати!) помогала ему параллельно с экспедициями и анализами полевых образцов разворачивать в университете учебный процесс — с нуля, но удивительно быстро. С 1805 года Гизе «tradet germanice juxta propria scripta chemiam technicam, объясняя химические начала, руководствующие к познанию и основательному суждению о химических производствах, также объясняя опыты и новые теории, изданные в свет в самые новейшие времена Винтерлеем, Бертолетом и другими славнейшими химиками, подтверждая важность оных собственными опытами, каковые производить имеет в университетской химической лаборатории».

Позже он стал читать новый специальные курсыЫ «О самопроизвольных изменениях, претерпеваемых животными и прозябаемыми телами на поверхности и во внутренности земли» (издан в Москве в 1810 году на французском языке) и «Некоторые части экономическо-технической химии». С 1810 года Гизе читал фармацевтическую химию по собственному сочинению «Lehrbuch der Pharmazie zum Gebrauche оffentlicher Vorlesungen und zur Selbstbelehrung nach den neuesten physikalisch-chemischen Lehrsаtzen entworfen». Этот фундаментальный четырехтомный труд печатался в Риге и Лейпциге в 1806–1811 годах.

Таким образом, исходно будучи больше фармацевтом, чем химиком, Гизе первым стал преподавать фармацию в Харькове на подлинно европейском уровне.

С 1811 года теперь уже ординарный профессор дополнил эти курсы «изложением начал всеобщей химии теоретически и практически на латинском языке». В 1812 и 1814 годах. Гизе исполнял обязанности декана.

Его труды получили признание далеко за пределами Харькова: молодой профессор стал членом-корреспондентом Императорской академии наук и МХА в Петербурге, членом Московского общества испытателей природы, Виленского врачебного общества и других. Гизе переписывался со знаменитым шведом Иенсом Берцелиусом (1779–1848); вместе с профессором химии Дерптского университета Давидом Иеронимом Гринделем (1775–1836) харьковчанин ухитрялся издавать в 1809– 1810 годах «Russisches Jahrbuch fьr die Chemie und Pharmacie» (всего вышло 8 томов), где напечатал ряд своих статей. В конце 1814 года он сменил Гринделя, по образованию тоже фармацевта, на кафедре химии в Дерпте; позже Гизе избирался не только деканом, но и ректором Дерптского университета.

Покидая Харьков, Фердинанд Иванович подготовил себе замену из местных кадров. Местный уроженец Иван Сухомлинов (1792– 1836) начинал у Гизе в 1811 году студентом, работал на кафедре ла борантом. Уезжая в Дерпт, профессор выбил у министра графа А. Разумовского не только разрешение взять лаборанта с собой «для усовершенствования в химии», но и 800 руб. ежегодного содержания для И. И. Сухомлинова.

Последний, под руководством Гизе удостоившись в Дерпте степени доктора философии, уже в октябре 1816 года начал чтение лекций по химии в Харькове. В 1817 году Иван Иванович стал доктором химии; позже он возглавил кафедру, избирался даже ректором Харьковского университета, но звезд с неба не хватал – о Сухомлинове не сохранилось и десятой доли добрых слов, написанных о его учителе и предшественнике.

Все без исключения отмечали в Фердинанде Ивановиче энтузиазм и работоспособность:

«Гизе был выдающимся химиком, и имя его упоминается в ученых трактатах его современников с эпитетом «ревностного и основательного исследователя»;

«Гизе стал одним из лучших профессоров в университете благодаря своему широкому образованию, искренней любви к науке и своей неутомимой деятельности. Он с большою ревностью вел свои занятия в Харькове».

Но главное, чем профессор-пруссак одарил Россию, это фундаментальное руководство [5], которым могли пользоваться даже неспособные к европейским языкам русские студенты и преподаватели (так широко амбициозный автор определил целевую аудиторию своего труда).

Не был забыт новаторский для начала XIX в. учебник и во времена борьбы за русский приоритет [6]:

«Большой заслугой Гизе является создание им пятитомного учебника химии, который пользовался большой популярностью как единственное на русском языке капитальное пособие, стоявшее на уровне передовой науки того времени. Работа эта была настолько замечательна, что на издание ее были ассигнованы средства от министерства народного просвещения. «Всеобщая химия» в свое время была образцовым руководством по химии, которой не могли представить другие страны. Единственное сочинение, с которым можно сравнить ее — это труд Берцелиуса, вышедший 10 лет спустя».

В действительности Гизе и Берцелиус издавали свои руководства одновременно, только швед – на родном языке (немецкий перевод вышел 10 лет спустя), а немец – на русском. Гизе писал свой пятитомник по-немецки; русский перевод делал его коллега-физик из украинцев, речь о котором пойдет ниже.

Рис. 2. Титульный лист
первого тома учебника [5]

Первый том (рис. 2) был подписан к печати 3 ноября 1812 года, когда наполеоновские арьергарды были еще в Вязьме; последние выходили, когда Гизе уже служил в Дерпте. Приступая к работе над курсом, профессор планировал вместить его в четыре тома. Однако в начале XIX в. химия и естествознание вообще обогатились многими научными открытиями и техническими прорывами в использовании электричества, теплоты, света; в частности, как раз в это время получила бурное развитие химия растительных алкалоидов. Все эти открытия и прорывы, рождение и крушение философских систем Гизе надлежало не только описать на страницах «Всеобщей химии», но и проиллюстрировать соответствующими опытами. Поэтому, несмотря на внушительный объем выходивших томов, составлявших минимум 500 страниц, под химию животного и прозябаемого (растительного) царства пришлось отвести еще один, внеплановый, том.

Именно в этом, пятом томе «Всеобщей химии для учащих и учащихся», датированном 1817 годом, Гизе, по мнению П.П. Саксонова [1, 2], и дал подробное описание способа выделения действующего начала хинной коры в «хрусталях», закрепив таким способом русский приоритет в открытии хинина.

Но, прежде чем открыть пятый том и увидеть, что там в действительности написано, спросим себя: мог ли в принципе тот Гизе, которого мы охарактеризовали выше, получить алкалоид хинин в Харькове в начале XIX в.?

В принципе мог: он обладал лабораторией, исследовательской хваткой и навыками фармацевта, а проблема выделения действующего начала хинной корки стояла тогда очень остро. Даже в России не один Гизе интересовался этой актуальной темой.

В реальности, однако, многое зависело от исторического контекста, личных интересов и приверженностей конкретного исследователя.

Литература

1. Саксонов П. П. К истории открытия алкалоида хинина // Природа, — 1950. №10. — С. 72.

2. Саксонов П. П. История внедрения алкалоида хинина в России // Очерки по истории паразитологии.М.: Медгиз, 1953. — С. 50–87.

3. Физико-математический факультет Харьковского университета за первые сто лет его существования (1805–1905). Репр. изд. — Харьков: Сага, 2008.

4. П. Ч. Сернокислый хинин, рассматриваемый как врачебное средство // Военно-медицинский журнал, — 1829. — Часть XIII, №1. — С. 64–72.

5. Фердинанда Гизе Всеобщая химия для учащих и учащихся, с немецкой рукописи переведенная Василием Комлишинским, магистром и лектором (в последних томах – доктором и адъюнктом) физики при Императорском Харьковском университете. — Т. I–V. — Харьков, 1813– 1817.

6. Кузьменко С. Н. О руководстве «Всеобщая химия для учащих и учащихся» Ф. И. ГизеВ. С. Комлишинского // Материалы по истории отечественной химии. Сборник докладов на II Всесоюзном совещании по истории отечественной химии (21–26 апреля 1951 г.). — М.: АН СССР, 1953. —С. 303–315.

(Продолжение следует.)

Н.П. Аржанов

http://www.provisor.com.ua






© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика