Логотип журнала "Провизор"








БОРЦЫ С ЧАХОТКОЙ
Другие статьи из раздела: Экскурс в историю
Статья
№ 15'2011 Календарь
№ 14'2011 Две фармакологии Евгения Котляра: к истории давней дискуссии
№ 14'2011 Календарь
№ 13'2011 Харьков родина хинина?*
№ 13'2011 Календарь
№ 12'2011 Календарь
№ 11'2011 Календарь
№ 09'2011 ХАРЬКОВ – РОДИНА ХИНИНА?
№ 09'2011 Календарь
№ 08'2011 Календарь


БОРЦЫ С ЧАХОТКОЙ

Сто лет тому назад в Харькове возник отдел «Всероссийской Лиги для борьбы с туберкулезом» (ВЛБТ), положивший начало противотуберкулезной организации в городе [1]:

«Найбільш нищівною (з найвищим показником смертності) серед усіх хвороб дожовтневого періоду в Харкові був туберкульоз. Спеціалізованих лікувальних установ для сухотних хворих тривалий час не існувало.

Протитуберкульозна діяльність у Харкові дещо активізувалася з відкриттям у 1911 р. місцевого відділу ВЛБТ. 6 грудня 1912 р. Харківський відділ Ліги відкрив добре обладнану, безкоштовну і загальнодоступну амбулаторію, 7 липня 1913 р. — перший для «харьковцев» протитуберкульозний санаторій на 35 ліжок у Ріпках, а в 1914 р. — безкоштовні ясла для дітей, хворих на туберкульоз».

Эта сухая схема нуждается, на наш взгляд, в «оживлении» деталями. Итак, 29 апреля 1911 года «Харьковские губернские ведомости» сообщили об утверждении губернатором устава новой общественной организации, а 18 мая состоялось первое учредительное собрание, избравшее ее правление [2]. Чтобы начать действовать, отдел нуждался в деньгах [3]:

«Правление начало свою работу с большим запасом потенциальной энергии, но совершенно без средств. Сразу надобно было создать какой-либо денежный фонд, а для этого популяризировать идею Лиги и ознакомить население с ее задачами».

Для этой цели 15 мая 1911 года в Харькове с большим успехом провели первый «День белой ромашки», (широкомасштабный сбор пожертвований). Около 500 харьковских волонтеров — «дам-цветочниц» — собрали в этот день 18,8 тыс. руб. [2]. А за 7 лет существования Харьковский отдел получил таким способом 110,7 тыс. руб. [3] — большую по тем временам сумму.

В первое время борьба с туберкулезом (бугорчаткой, чахоткой) сводилась к информированию населения и к изданию пропагандистской печатной продукции [3]:

«Правление проводило популяризаторскую линию в виде бесплатных лекций по разным вопросам туберкулеза в Народном доме, в средних учебных заведениях и т. д., а также в устройстве выставок. Эти последние, обставленные весьма солидно по внутреннему содержанию, и эффектные с внешней стороны, привлекали большое число посетителей. Общее число последних за все годы приблизительно равно 30 тысячам.

С этою же целью правление печатало воззвания к обществу в газетах, издавало собственные листовки, брошюры и книги по туберкулезу».

В отчете за ноябрь 1911 г.– февраль 1912 г. отмечено [4], что силами Харьковского отдела прочитаны лекции с «демонстрациями при помощи волшебного фонаря на темы: 1) что такое ВЛБТ; 2) санатории и их значение в борьбе с туберкулезом; 3) роль диспансеров в борьбе с туберкулезом; 4) детский туберкулез и приморские санатории; 5) летние колонии как мера борьбы с туберкулезом».

Поначалу отдел распространял в Харькове и губернии издания центрального Правления в Москве: 2000 экз. брошюры «Что такое русская Лига для борьбы с чахоткой», 1000 экз. инструкции для отделов Лиги и 500 экз. устава ВЛБТ. В газетах «Утро» и «Южный край» было напечатано воззвание Харьковского отдела к обществу, а затем регулярно помещались отчеты о заседаниях правления и поступивших пожертвованиях.

Например, за 4 месяца, о которых идет речь в отчете [4], были получены следующие суммы: «1) от О. К. Гельферих 10 тыс. руб. на создание учреждения, имеющего целью лечение туберкулеза, имени ее покойной дочери Эмилии Альбертовны; 2) от Харьковского губернского земства — 500 руб.; 3) от Харьковского городского управления 200 руб. (из доходов тотализаторов); 4) от Харьковского медицинского общества (ХМО) — 300 руб.».

В 1912 году правление начало издавать не только рекламные «стенные плакаты и летучие листки », но брошюры и книги, написанные местными медиками. Одну из них (рис. 1) составил лично директор Бактериологического института ХМО В. И. Недригайлов (1865–1923), выдающийся, как принято писать в энциклопедиях, русский и советский микробиолог.

Основную часть сборника [4] составляла коллективная монография о туберкулезе и борьбе с ним в разных странах, которая [3] «по богатству содержания и солидности, бесспорно, занимает одно из первых место среди изданий подобного рода. Ее можно горячо рекомендовать и для всех, интересующихся делом борьбы с бугорчаткой, и для врачей». Интересно, что в этой книге довольно много вклеек с рекламой, причем не столько медицинских услуг, сколько банков, кредитных союзов, крупных производителей и предприятий розничной торговли [4]:

«С целью удешевить расходы по изданию и сделать его доходной статьей, Правление вошло в соглашение с издателем, чтобы в сборнике были помещены объявления торговых фирм. Эти объявления должны не только окупить расходы по изданию, но еще и дать Отделу доход не менее 500 руб.».

Рис. 1. Обложка и одна из страниц брошюры В.И.Недригайлова

Шестиконечный крест непривычного для православных глаз вида (рис. 2) попал на издания ВЛБТ из католической Европы — Всемирная Лига борьбы с туберкулезом учредила его в качестве общемировой эмблемы. В России борьба с чахоткой, что греха таить, нередко использовалась для антиправительственной агитации, и потому красный крест, под которым рыцари маркграфа Лотарингии Готфрида якобы сражались за Гроб Господень, приобрел у нас сомнительную славу масонского символа…

Харьковский отдел тоже выступал с крамольными инициативами: изучить быт и условия труда ремесленников (чтобы посетовать, как плохи эти условия); установить (не за счет инициаторов) плевательницы для чахоточной мокроты в местах, где собирается много людей; проводить на дому у больных дезинфекцию (за счет городской думы) [5]. Наконец, ввести в Харькове обязательную регистрацию чахоточных (и поставить власти в упрек, что их так много!) [4]:

«У нас в России обязательная регистрация туберкулезной смертности существует только в нескольких больших городах: в 1908 году в Петербурге умерло от туберкулеза 5108 человек, в Москве — 3696, в Варшаве — 1964. Разумеется, и Харьков дает ежегодно очень большое, но точно не известное число жертв туберкулеза — рабочего полуголодного люда у нас с каждым годом становится больше, а дороговизна жизни нарастает.

Обязательной же регистрации заболеваемости бугорчаткой у нас нет. Хотя в 1908 г. в стране официально зарегистрировано 591616 туберкулезных больных, в эти данные не попали лица, обращающиеся за помощью к частным врачам, и, главное, те неимущие, кто вовсе не обращался за врачебной помощью. Поэтому правильно считать, что туберкулез-ных больных у нас не менее 2 миллионов».

Лишь через полтора с лишним года Харьковский отдел сподобился перейти от изучения и подсчета городских чахоточных к их лечению [3]:

«Одновременно с популяризаторской деятельностью Правление приступило к организации бесплатной амбулаторной лечебницы для туберкулезных больных и попечительства при ней: 6 декабря 1912 года амбулатория была открыта, и в продолжение 7 лет она функционирует беспрерывно, привлекая ежегодно большое число посетителей. Через амбулаторию проходило много беженцев, пленных, солдат, учащихся высших учебных заведений, портных, сапожников, шляпошниц — словом, лиц, живущих в неблагоприятных санитарно-гигиенических условиях.

В основу деятельности амбулатории положен принцип бесплатности приема и отпуска медикаментов для всех больных. Она хорошо оборудована инвентарем, имеет два кабинета для врачей, аптеку, лабораторию для бесплатного исследования мокроты и других выделений. Из нижеследующих данных видна деятельность лечебницы до 1918 года: число первичных больных — 6322; число повторных посещений — 60764; число рецептов — 22426; произведено подкожных впрыскиваний — 51605, диагностических реакций (без 1917 года) — 6632, лабораторных исследований — 6161».

Рис. 2. Обложка и титульный лист сборника [4].

Амбулатория Харьковского отдела располагалась в нарядном особняке готического стиля на Вознесенской площади (ныне Фейербаха), 12; там же базировалось и правление. При большевиках амбулаторию переименовали в Центральный тубдиспансер им. Коха, а сегодня здание (рис. 3) — символ состояния нашей противотуберкулезной службы. На осыпающемся фасаде — плакат «Продам»; в Интернете частный владелец просит 380 тыс. долл. за недвижимость площадью 408,6 м2.

А столетие назад здесь бесплатно применяли передовые методы лечения [3]:

«Статистика лечебницы, ведущаяся очень тщательно, дает весьма поучительные выводы в смысле влияния туберкулинотерапии, мышечных впрыскиваний и пневмоторакса, но я не хочу загромождать статью большим количеством цифр. Скажу только, что туберкулинотерапия приносила безусловную пользу. Так, например, из отчета за 1916 год видно, что из всех больных, которым вводился туберкулин (а таких больных было 25,5 %), у 42 % отмечалось увеличение в весе в среднем на 4–5 фунтов в продолжение курса лечения (2 месяцев). Эти цифры несомненно ободряющие, так как дают в руки врачей драгоценное средство на пользу больного».

Как указано в книге [5], в Харьковской амбулатории был оборудован собственный рентгеновский кабинет и работал штатный рентгенолог. Широкое применение получила туберкулинодиагностика, обычно в виде «пробы Пиркета». Для специфического лечения использовали туберкулин проф. Дени, а для общеукрепляющего и симптоматического лечения излюбленными назначениями были мышьяк и инъекции фосфацида Романовского. На рис. 4 показана петроградская реклама этих популярных средств; в Харькове, конечно же, применялся туберкулин Дени производства Бактериологического института ХМО. 

Рис. 3. Нынешний вид здания, где располагалась амбулатория Харьковского отдела ВЛБТ

В конце 1912 года «Харьковский медицинский журнал» сообщил, что «врачом-терапевтом вновь открытой амбулатории отдела ВЛБТ избран д-р К. И. Стецкевич, а лаборантом — Б. Л. Яхнис».

Лаборант Яхнис (1886–1955) только что окончил медицинский факультет Харьковского университета, и работа в этой лечебнице задала направление всей его жизни. Борис Львович в советское время организовал в нашем городе детское отделение Туберкулезного института и кафедру детского туберкулеза Института для усовершенствования врачей; Яхнис впервые в СССР ввел вакцинацию БЦЖ и т. п.

А вот имя заведующего амбулаторией выпало из советской истории. О Константине-Карле Ивановиче Стецкевиче известно лишь, что родился он в 1873 году в древнем, еще времен Великого княжества Литовского, местечке Щучин. Дворянин Стецкевич, вероисповедания римско-католического, долго искал свой путь в жизни. Он окончил Таврическую гимназию в 24 года, проучился 5 лет в Московском университете, перешел в Харьковский, где закончил медицинский факультет (по внутренним и глазным болезням) в 1908 году. Завершив, наконец, учебу, Константин-Карл состоял сверхштатным ординатором сначала в университетской клинике, а затем в городской Николаевской больнице — параллельно с заведованием амбулаторией. После Гражданской войны его след теряется.

В связке с лечебницей работало попечительство — так переводили у нас французское слово dispensair, придуманное А. Кальметтом, соавтором вакцины БЦЖ. Задачи попечительства отличались от деятельности диспансеров времен СССР [3]:

«В неразрывной связи с амбулаторией, углубляя ее влияние, находилось попечительство. В задачи членов попечительства входило посещение туберкулезных больных на дому с целью изучения условий их жизни и сообщение им и окружающим их необходимых сведений, как обращаться с мокротой, подметать полы, стирать белье и т. д. Больным выдавались сахар, сало, толокно, молоко (600 ведер за год), какао, мука; выдавались деньги в уплату за квартиру, на выезд летом в деревню и т. п. Попечительство функционировало не все время существования амбулатории — оно должно было закрыться через 2,5 года из-за недостатка средств, но то, что было им сделано, заслуживает внимания.

Рис.4. Реклама туберкулина Дени
и фосфацида Романовского

Направляя свою деятельность в сторону профилактики, правление приняло участие в организации «Приюта-яслей для детей запасных чинов армии, призванных на театр военных действий». Нищета, голод и грязь — первые спутники туберкулеза. Особенно пагубно они действуют на нежный детский организм. Вывести детей из этих условий, дать им хорошее помещение и питание, помочь противостоять туберкулезной заразе — вот цель этой организации.

Число детей, принятых в ясли, было очень велико; вот цифры за 1916 год: январь — 775 детей, февраль — 801, март — 738, апрель — 1132, май — 1394, июнь — 1274, июль — 2180, август — 1032, сентябрь — 933, октябрь — 880, ноябрь — 892, декабрь — 861.

Ясли просуществовали три года и были закрыты в конце 1917 года, когда возрастающая дороговизна и политические условия заставили отказаться от продолжения этого большого дела».

Рис. 5. Реклама санатория "Репки"

Важной стороной деятельности Харьковского отдела было содержание загородного санатория для туберкулезных больных (по тогдашней терминологии — «санаторий», рис. 5). Ведь «далеко не все больные туберкулезом имеют возможность ездить в Крым и тратить там на лечение большие деньги», а часть мест в «Репках» были «бесплатными и полуплатными» — в отличие от сегодняшнего времени, когда областной туберкулезный санаторий рекламирует свои услуги в Интернете. А тогда автор отчета [3] с удовлетворением констатировал:

«В 1913 году правление Харьковского отдела Лиги приобрело поместье и организовало там санаторию на 47 человек. 12 человек больных — горнорабочие Донецкого бассейна — помещались в особом бараке им. Л. Н. Толстого, а 35 — в большом основном здании.

Расположенная в живописной сухой местности, среди обширного фруктового сада, с примыкающим к нему вековым парком, с дорожками, скамейками, кустами сирени, клумбами цветов, а в настоящее время и хвойными посадками, — санатория представляет мирный уголок, где вольно дышится, забывается шумный город, где больные находят уют и где к их услугам чистый воздух, тишина, правильный и усиленный диетический режим.


Доктор Доброзраков (род. в 1877 году) не был харьковчанином и его имя тоже кануло в Лету при большевиках. Евгений Иванович, окончив в 1902 г. медицинский факультет в Москве, около десятка лет прослужил в городской Сокольнической больнице. Затем его потянуло на Юг: Доброзраков работал ординатором городской больницы в Керчи, заведовал санаторием «Агудзера» близ Сухума. Военные ветры занесли доктора в «Репки», ставшие его последней остановкой на пути в безвестность.

Больше повезло Митрофану Ивановичу Ретивову (1868–1961), которого мы так обильно цитировали — его рукописи хранятся в фондах Гуверовского института Стенфордского университета. Биография у Ретивова получилась бурная: с 1893 года он работал врачом на железных дорогах, заводах, рудниках и шахтах от Урала до Донбасса. Доктор неоднократно выступал с докладами («Опыт статистической разработки травматических повреждений на Щербиновском каменноугольном руднике», «Деятельность Общества пособия горнорабочим в связи с кумысо- и грязелечением» и т. п.) на всероссийских форумах врачей и даже избирался председателем секции на Пироговском съезде.

Митрофан Иванович Ретивов

Еще, как утверждают биографы, Митрофан Иванович «работал директором медицинского отделения Харьковского страхового общества, основал санатории для больных туберкулезом на юге России и на Кавказе, а в годы Гражданской войны был главным врачом одного из крупнейших госпиталей (на 1500 мест) в Харькове». Как раз в этот период Ретивов входил в правление Харьковского отдела, где был секретарем.

Впрочем, его статья [3] явно была опубликована уже, так сказать, заочно: Ретивов ушел из города с белой армией в декабре 1919 года; надо сказать, что людей с такой фамилией было немало и в Вооруженных силах Юга России, и позже в НТС, даже в армии Власова. В эмиграции доктор тоже придерживался активной жизненной позиции: из Франции он переехал в Парагвай, где участвовал в войне с Боливией (см. «Провизор», № 9, 2005), а умер в Аргентине, немного не дотянув до 100 лет.

Так или иначе, но эти люди заложили фундамент противотуберкулезной службы нашего города и тем заслужили, чтобы харьковчане о них помнили.

Литература

1. Робак І. Ю. Організація охорони здоров’я в Харкові за імперської доби (початок XVIII ст. — 1916 р.). — Харків: ХДМУ, 2007. — 346 с.

2. Аржанов Н. П. День белой ромашки / / Стоматолог № 4. — С. 17– 20

3. Ретивов М. И. Харьковский отдел Всероссийской Лиги борьбы с туберкулезом в прошлом и настоящем / / Врачебное дело. — 1920. — № 3–5. — С.171–173.

4. Туберкулез у людей и животных и меры борьбы с ним / Под ред. И. И. Файншмидта. — Харьков, 1912. — 140 с.

5. Каганович Р. Б. Из истории борьбы с туберкулезом в дореволюционной России. — М.: АМН СССР, 1952. — 320 с.

Н. П. Аржанов

http://www.provisor.com.ua






© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика