Логотип журнала "Провизор"








ЙОХИМБИН В РОССИИ : 1. ФАРМАКОЛОГИЧЕСКИЕ ДЕБЮТЫ
Другие статьи из раздела: Экскурс в историю
Статья
№ 15'2011 Календарь
№ 14'2011 Две фармакологии Евгения Котляра: к истории давней дискуссии
№ 14'2011 Календарь
№ 13'2011 Харьков родина хинина?*
№ 13'2011 Календарь
№ 12'2011 Календарь
№ 11'2011 Календарь
№ 09'2011 ХАРЬКОВ – РОДИНА ХИНИНА?
№ 09'2011 Календарь
№ 08'2011 Календарь


ЙОХИМБИН В РОССИИ : 1. ФАРМАКОЛОГИЧЕСКИЕ ДЕБЮТЫ

Йохимбин был выведен на мировой фармацевтический рынок в 1900 году, когда немец Леопольд Шпигель (1865–1927) запатентовал этот стимулятор потенции в США, Великобритании и Германии. Вскоре препарат, производившийся берлинской фирмой Гюстров (Gustrow) под торговым названием «Йохимбин Шпигеля», стали ввозить и в Россию. Поначалу не столько в аптеки, сколько в университетские центры, ведущим специалистам которых предлагалось испробовать бесплатные образцы «специфического средства против импотенции» (часть 1)

В те времена у нас еще не было принято полностью полагаться на слово зарубежных производителей, даже таких авторитетных, как германские. Прежде, чем испытывать модные новинки на больных, отечественные врачи нередко проводили собственные доклинические исследования импортных препаратов, хотя законодательство к этому и не обязывало. Не сделали исключение и для йохимбина, имевшего довольно-таки экзотическое происхождение [1]:

«Половая слабость — заболевание чрезвычайно распространенное. Встречается оно у мужчин во всех возрастах, от ранней юности до старости. Нарушая одну из важнейших функций организма, в зависимости от которой находится возможность продолжения рода, половая слабость является истинным бичом для ее носителя. Ввиду этого с давних пор как народная, так и научная медицина заняты приисканием средств для борьбы с названным злом.

Громадный процент случаев половой слабости имеет в своей основе гонорейное поражение мочеполовых органов. Открытие Нейссером гонококка указало верный путь к рациональному лечению перелоя, которое не только устраняло, но и предупреждало развитие полового бессилия. Усовершенствование способов лечения сифилиса, сахарного мочеизнурения, нефрита, бугорчатки также значительно облегчает задачу профилактики половой слабости, нередко развивающейся на почве этих страданий.

Иначе дело обстоит при так называемой атонической или паралитической форме полового бессилия, получившей широкое развитие в наш «нервный» век. Обычные в таких случаях мероприятия (электричество, массаж, гидротерапия и проч.) если и дают улучшение, то далеко не всегда. Назначемые щедрой рукой старые афродизиаки — настой шпанских мух или кантаридин, стрихнин, фосфор — обыкновенно никакой пользы не приносят. Такое положение вещей, естественно, заставляет искать все новые средства, которые бы своим целебным действием пополнили пробел в нашей фармацевтической сокровищнице.

Открытием иогимбина медицина обязана тонкой наблюдательности дикого народа. В Южной Африке вблизи моря встречается растение, известное под названием Yumbehoa. Оно похоже на наш дуб, достигает 10–15 м высоты и до 1 м толщины. Туземцы африканских колоний, подметив особое действие растения, пользуются отваром листьев Yumbehoa в целях возбуждения полового чувства.

В лаборатории фармакологии (начало ХХ века)

Такая репутация растения, конечно, не могла не обратить на себя внимания людей компетентных. Шпигелю первому удалось добыть из Yumbehoa алкалоид, названный им иогимбином. Ввиду нерастворимости алкалоида в воде были получены его кристаллические соли; солянокислая соль иогимбина послужила материалом для дальнейших опытов с ним.

Оберварту первому принадлежит честь определения физиологических свойств иогимбина, установка токсической дозы и т. п. Затем последовал ряд опытов других авторов (Леви, Мендель и др.), причем все авторы пришли к одному заключению, что иогимбин заслуживает полного внимания как новый и очень хороший афродизиак».

Конечно, отечественные врачи знали по оригинальным публикациям предысторию открытия йохимбина (тем, кого она заинтересует сегодня, рекомендуем статью Х. Кульман из Ганновера — см.www.pharmazeutische-zeitung.de/index.php?id=inhalt_47_1999), но еще не были приучены безоговорочно доверять оптимистическим выводам немецких фармакологов и клиницистов. Тем более, что модные новинки всегда бывали очень дороги. Последнее обстоятельство особо подчеркнул еще один российский исследователь йохимбина [2]:

«Может быть, африканская тропическая жара, когда сильно расслабляется тело и гаснут страсти, является одним из важных обстоятельств, заставляющих туземцев немецких колоний так часто и широко прибегать к искусственному возбуждению полового чувства отваром из коры дерева Jumbehou.

Научной медициной johimbin рекомендуется как афродизиак в виде 1% раствора johimbinum hydrochloricum внутрь по 5–10 капель 3 раза в день и больше или под кожу. Теперь он применяется также в виде особых лепешечек (по 0,005 алкалоида каждая), приготовляемых берлинской фабрикой Гюстров и называющихся по автору, впервые добывшему алкалоид, «таблетки йохимбина д-ра Шпигеля» (Dr. Spiegel’s Johimbintabletten).

Вполне понятно, до какой степени охотно фабричное производство пошло навстречу применению этого алкалоида, драгоценного и небывалого по своим возбуждающим половую деятельность свойствам. Цена его соответствует этим удивительным свойствам: 1 г стоит около 15 рублей (36 марок)».

Реклама Йохимбина начала ХХ века

Внимательный читатель, конечно, уже заметил мелкие, но многочисленные расхождения в вышеприведенных описаниях йохимбина и даже в его названии; труднее уловить легкую иронию автора статьи [2], как бы готовящую страждущих импотентов к новому разочарованию. Как бы то ни было, в России, где СМИ широко рекламировали «яичковые вытяжки», «броун-секаровские жидкости» и «стимулолы», на препарат близкого назначения невозможно было смотреть с полной серьезностью, с какой здесь подошли, например, к ровеснику йохимбина — «Аспирину Байера».

Возможно поэтому Николай Павлович Кравков (1865–1924), и сегодня почитаемый основоположником российской экспериментальной фармакологии, не захотел применить к исследованию всего лишь афродизиака свой знаменитый метод изолированных органов. А ведь, как мы увидим ниже, этот метод, за который Кравкова посмертно наградили Ленинской премией, здесь прямо-таки напрашивался…

Будущий лауреат только что — в 1899 году — получил кафедру фармакологии в Военно-медицинской академии (ВМА). Н. П. Кравков долго учился: он окончил сначала духовную семинарию, естественное отделение Петербургского университета (1888) и лишь затем — ВМА (1892). Зато тепер его карьера пошла в гору с завидной быстротой, ибо учителем Николая Павловича и de facto руководителем его докторской диссертации (1894) был сам В. В. Пашутин (1845-1901) — с 1890 года всесильный начальник ВМА, 10 лет заполнявший своими учениками медицинские кафедры от Варшавы до Томска.

Поскольку при этом страдали другие, нередко более достойные кандидаты, то недоброжелателей у пашутинских протеже было хоть отбавляй. В силу последнего обстоятельства свежеиспеченному профессору Кравкову, всего год походившему в приват-доцентах, надлежало первым же исследованием утвердить себя первоприсутствующим российской фармакологии, заставив завистников замолчать. Поэтому для стартовой работы нужна была тема не абстрактноакадемическая, но затрагивающая насущные нужды широкой общественности и пребывающая в фокусе внимания прессы. Николай Павлович выбрал объектом своего профессорского дебюта нашумевший немецко-африканский афродизиак.

И все прошло бы хорошо, но на поприще, избранное будущим лауреатом для завоевания места в фармакологии, неожиданно обнаружился еще один претендент. Некто А. П. Полтавцев — лекарь без титулов и званий, скромно тянувший лямку сверхштатного ординатора университетской клиники в Харькове и занимавшийся до того главным образом лечением сифилитиков, вдруг тоже замахнулся на исследование алкалоида, которое Кравков уже полагал своей вотчиной [1]:

«Принимая во внимание ненадежность известных нам средств, возбуждающих половую энергию, и благоприятный клинический результат, полученный немногими наблюдателями от иогимбина, проф. И. Ф. Зеленев предложил мне заняться более подробным экспериментальным и клиническим исследованием свойств иогимбина.

Свои собственные исследования над иогимбином я начал во второй половине 1900 года, причем вся экспериментальная часть работы была проделана мною в фармакологической лаборатории проф. С. А. Попова, а клиническая — в дерматологической клинике проф. И. Ф. Зеленева и отчасти на амбулаторных больных».

Рискнем предположить, что основной импульс был получен исследователем не столько от сифилидолога Ивана Федоровича Зеленева (1860–1918) — прямого начальника ординатора Полтавцева по кафедре, сколько от фармаколога Сергея Александровича Попова (1850–1920). Именно создатель харьковской фармакологической школы (об этом см. монографию: История открытия лекарств, регулирующих сократительную активность матки / А. В. Зайченко, И. М. Рыженко, А. Г. Цыпкун и др. — Харьков: Золотые страницы, 2008) был одним из наиболее пострадавших от пашутинских интриг. Попову не позволили занять освобождавшуюся кафедру фармакологии ВМА, где он проработал 20 лет, ни в 1890-м, ни в 1895-м году оба раза ему предпочли ставленников начальника Академии, имевших к данной науке довольно косвенное отношение (см. «Провизор», № № 5, 6, 2009). Впрочем, и Зеленеву пришлось в 1894 г. не без обиды покинуть ВМА, чтобы искать счастья в других городах России.

Работы по йохимбину должны были стартовать в Петербурге и Харькове почти синхронно — немецкая фирма разослала препарат всем русским профессорам сразу, но в столицу заграничная почта приходила, конечно, раньше, чем в провинцию. Как же протекало и чем завершилось заочное состязание двух столь разных по характеру и притязаниям ровесников (Антон Полтавцев родился годом позже Николая Кравкова), но одинаковых новичков в фармакологии? Проследить за этим стоит не только ради того, чтобы забытое имя харьковского врача снова вернулось в историю. На наш взгляд, итоговый результат довольно поучителен и для тех, кто хочет сегодня дебютировать в фармакологической науке.

(Продолжение следует)
Н.П. Аржанов

Литература

1. Полтавцев А.П. Экспериментальноклиническое исследование над действием yohimbina (предварительное сообщение) // Русский журнал кожных и венерических болезней. – 1902. – Т. 4, № 7. – С. 46–50.

2. Кравков Н.П. О действии алкалоида johimbin’a на животный организм и о значении его для лечения полового бессилия // Врач. – 1901. – № 11. – С. 319–325; № 12. – С. 355–360.

http://www.provisor.com.ua






© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика