Логотип журнала "Провизор"








Особенности функциональной активности лимфоцитов крови у больных немелкоклеточным раком легких в процессе химиолучевого лечения
Другие статьи из раздела: Исследования
Статья
№ 21`2016 Равновесное моделирование повышает комфортность контактных линз
№ 10`2014 Разнообразная диета Пумы помогла ей пережить вымирание, которое постигло саблезубых кошек и американских львов
№ 16'2009 ВЫДЕЛЕНИЕ КОМПЛЕКСА ПОЛИСАХАРИДОВ КАШТАНА КОНСКОГО И ИЗУЧЕНИЕ ЕГО ХИМИЧЕСКОГО СОСТАВА
№ 02’2008 Активизация инфекций: виновата ли цивилизация?
№ 24’2007 Состояние микроэкологии кишечника у больных угревой болезнью
№ 22’2007 Как остановить инфекции?
№ 20’2007 ПОСТМАРКЕТИНГОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ЦЕЛЕКОКСИБА В КАНАДЕ: ОСТРАЯ ИЛИ ХРОНИЧЕСКАЯ БОЛЬ?
№ 9’2007 Фармакологічна корекція тромбозів та тромбофлебітів
№ 23’2005 Разработка состава и технологии таблеток рутана
№ 15’2004 Использование лекарственного растительного сырья, содержащего микроэлементы, для получения сбора

Особенности функциональной активности лимфоцитов крови у больных немелкоклеточным раком легких в процессе химиолучевого лечения

а В. П. Старенький, Институт медицинской радиологии им. С. П. Григорьева АМН Украины, г. Харьков;

Ю. Е . Микулинский, В. В. Евм инова, Лаборатория молекулярной диагностики и клеточных биотехнологий ОО «Вирола», г. Харьков

Вступление

Несмотря на имеющиеся в литературе данные о снижении с 1994 года показателей прироста заболеваемости раком легких (РЛ) [1], эта патология по-прежнему занимает лидирующее положение, составляя 14,1 % в общей структуре онкозаболеваемости среди населения стран СНГ [2].

Возможность хирургического удаления опухоли является определяющим условием успешного лечения РЛ. Однако из-за значительного местно-распространенного процесса или серьезной сопутствующей патологии оперативному вмешательству подвергается не более 10–20 % из общего числа первичных больных немелкоклеточным РЛ (НМРЛ). При этом, несмотря на совершенствование хирургической техники, улучшения предоперационной диагностики, анестезиологического обеспечения, при самостоятельном оперативном лечении выживает не более 5 % пациентов [3, 4].

В связи с вышеизложенными обстоятельствами лучевая терапия является одним из основных методов лечения больных с местно-распространенной формой НМРЛ.

Наиболее перспективными направлениями повышения эффективности радиотерапии является одновременное использование и химиотерапии. При этом как лучевая, так и химиотерапия вызывает ряд побочных реакций и осложнений, связанных с их токсическим действием на активно пролиферирующие клеточные системы организма [5, 6]. В настоящее время достаточно хорошо изучены состояние кроветворения и иммунной системы, механизмы их нарушения у больных РЛ [7]. Установлено, что угнетение миелопоэза, истощение пулов костномозговых и циркулирующих предшественников, лейкопения и иммунодепрессия, вызванные как лучевой, так и химиотерапией, могут стать лимитирующими факторами для продолжения лечения, даже несмотря на достигнутый удовлетворительный противоопухолевый эффект.

Учитывая данные литературы об имеющейся взаимосвязи дисфункции иммунитета и нарушения противоопухолевой резистентности при действии на него стрессирующих факторов [8], какими являются лучевая и химиотерапия, логично предположить, что изменение определенных звеньев иммунитета, в частности клеточного, может в целом отражать состояние противоопухолевой резистентности с учетом индивидуальных особенностей организма. Последнее особенно важно для планирования тактики иммунокорригирующей терапии в процессе специального лечения и после его завершения.

Целью настоящей работы является изучение количественной и функциональной динамики субпопуляций лимфоцитов периферической крови у больных НМРЛ в процессе химиолучевого лечения.

Материалы и методы

Обследовано 153 первичных больных мужского пола в возрасте от 30 до 65 лет с НМРЛ II (32), ША (55) и IIIB (66) стадии, проходивших лечение в ИМР АМНУ в период с 2000 по 2005 гг. Периферическая форма рака диагностирована у 33,3 %. а центральная — у 66,7 % больных. В качестве контроля обследовано 30 практически здоровых мужчин в возрасте от 29 до 67 лет.

Исследования иммунного статуса проводили дважды — перед началом курса лучевой терапии и после его окончания. Выделение фракции лимфоцитов осуществляли на градиенте плотности фикол-верографин. Для идентификации маркеров дифференцировки использовали моноклональные антитела к поверхностным антигенам лейкоцитов человека CD3 (Т-лимфоциты общие), CD4 (Т-хелперы / индукторы), CD8 (Т-супрессоры / цитотоксические), CD20 (зрелые В-лимфоциты), CD45RA (неактивированные Т-лимфоциты), CD56 (натуральные киллеры), CD95 (Fas-рецептор, рецептор апоптоза), HLA-DR (антиген гистосовместимости II класса). Использовали набор моноклональных антител «Клоноспектр» производства Института иммунологии МЗМП (Россия, Москва).

Все обследованные были разделены на 2 группы: 1-я группа — 55 больных, которым лечение проводилось классическим фракционированием (2 Гр, 5 фракций в неделю) до суммарной очаговой дозы (СОД) в 60–70 Гр (32 пациента) или ускоренным фракционированием (23 пациента) без химиомодификации.

2-я группа — 75 больных, которым проводилась лучевая терапия по ускоренной методике (1,6 + 1,6 Гр в день до СОД — 74 Гр) с химиомодификацией Таксотером, вводимым еженедельно по 40 мг в / в (35 человек), или Цисплатином, вводимым еженедельно по 50 мг в / в (суммарно 100 мг) (25 больных), или Вепезидом, вводимым еженедельно по 100 мг в / в (суммарно 300–400 мг) (35 больных).

При анализе иммунограмм первичных больных в сопоставлении с контролем выявлены признаки развивающегося иммунодефицита (табл. 1).


Таблица 1. Коэффициенты различимости между показателями клеточного зве на иммунитета здоровых лиц и исследуемых групп первичных больных НМРЛ

Показатели

Средние значения

Вероятность ошибки
различия показателей
для контроля и групп
первичных больных
РЛ

К
(n=30)
1
(n=55)
2
(n=75)
К-1 К-2

Лф %
*109 / л

28,3 ± 1,95

22,4 ± 1,25

19,1 ± 1,13

<0,05 <0,05

CD3 %
*109 / л

69,75 ± 1,36

48,42 ± 0,61

57,75 ± 0,65

<0,05 <0,05

CD4 %
*109 / л

44,38 ± 0,60

36,25 ± 0,22

34,00 ± 0,22

0,05

<0,05

CD8 %
*109 / л

24,63 ± 0,34

21,08 ± 0,13

27,00 ± 0,18

<0,05 <0,05

ИРИ
(CD4 / CD8)

1,8

1,72

1,2

>0,05

<0,05

CD20 %
*109 / л

9,38 ± 0,18

15,45 ± 0,19

14,75 ± 0,17

<0,05 <0,05

CD56 %
*109 / л

9,24 ± 0,18

3,75 ± 0,05

4,13 ± 0,05

<0,05 <0,05

CD45RA %
*109 / л

56,28 ± 1,1

34,92 ± 0,44

40,75 ± 0,46

<0,05 <0,05

CD95 %
*109 / л

0 0

1,18 ± 0,02

0,93 ± 0,01

<0,05 <0,05

CD25 %
*109 / л

0 0

5,33 ± 0,07

3,25 ± 0,04

<0,05 <0,05

HLA-DR %
*109 / л

9,31 ± 0,18

14,08 ± 0,18

16,5 ± 0,19

>0,05

>0,05

Примечание: ИРИ — иммунорегуляторный индекс CD4 / CD8; Лф — лимфоциты, р <0,05.

Достоверно более низкими были значения лимфоцитов (22,4±1,0) % и (19,1±1,2) % (соответственно в 1-й и во 2-й группе) по отношению к контролю (К) — (28,3±0.8) %, CD3+ (48,42±1,40) % и (57,75±1,47) % (К — (69,75±1,59) %), CD4+ (36,25±1,6) % и (34,00±1,89) % (К — (44,38±2,38) %), однако относительное количество В-лимфоцитов CD20+ ((15,45±0,84) % и (14,75±1,55) %) имело тенденцию к увеличению (К — (9,38±0,84) %). При этом анализ показателей, отражающих функциональное состояние иммунокомпетентных клеток показал, что уровень экспрессии рецепторов активации HLADR+ сохранялся в пределах нормы или незначительно снижался ((14,08±1,08) % и (16,5±0,96) %). Уровни экспрессии рецепторов активации апоптоза (CD95+) определялись на 1,18 % и 0,93 % лимфоцитов, а уровень экспрессии рецепторов к ИЛ-2 (CD25+) на 5,33 % и 3,25 % соответственно.

Иммунорегуляторный индекс (CD4+ / CD8+) во второй группе имел тенденцию к смещению влево (1,2).

Для выявления корреляции стадии опухолевого процесса и степени иммунопатологических изменений проводилось сравнение иммунологических показателей у больных раком легкого II и III стадии (табл. 2).


Таблица 2. Коэффициенты различимости между показателями клеточного звена иммунитета больных НМРЛ II и III стадии

Показатели

Средние значения

Вероятность ошибки различия
показателей для больных
РЛ II и III стадии
II стадия III стадия II – III

Лф %
*109 %

24,5 ± 1,52

20,75 ± 1,19

<0,05

CD3 %
*109 %

54,78 ± 0,83

46,8 ± 0,57

<0,05

CD4 %
*109 %

36,59 ± 0,30

33,1 ± 0,19

<0,05

CD8 %
*109 %

24,19 ± 0,20

25,9 ± 0,15

>0,05

ИРИ (CD4 / CD8)

1,51

1,28

<0,05

CD20 %
*109 / л

11,79 ± 0,18

13,3 ± 0,16

>0,05

CD56 %
*109 / л

3,94 ± 0,06

5,36 ± 0,06

<0,05

CD45RA %
*109 / л

43,21 ± 0,66

37,8 ± 0,45

<0,05

CD95 %
*109 / л

0,67 ± 0,01

1,29 ± 0,02

<0,05

CD25 %
*109 / л

3,2 ± 0,59

6,1 ± 1,1

<0,05

HLA-DR %
*109 / л

15,64 ± 0,24

16,13 ± 0,19

>0,05

Примечание: ИРИ — иммунорегуляторный индекс CD4 / CD8; Лф — лимфоциты, р <0,05.


Сравнительный анализ иммунного статуса выявил исходно более низкое содержание лимфоцитов в группе больных раком легкого III стадии. Изменения характеризовались достоверно более низким содержанием лимфоцитов (20,75 %), CD3+ (46,8 %), CD4+ (33,1 %), CD45RA+ (37,8 %) и более высокими значениями CD56+ (5,36 %), CD25+ (6,1 %), CD95+ (1,29 %). Изменения CD8+, CD20+ и HLADR носили недостоверный характер.

Проведение специальных методов лечения, таких как химиолучевой или только лучевой, усиливало негативные изменения в иммунной системе (табл. 3).


Таблица 3. Динамика показателей клеточного звена иммунитета у больных НМРЛ на этапах комбинированного лечения

Показатели

1 группа

2 группа

До лечения После
лечения
До лечения После
лечения

Лф %
*109 %

22,4 ± 1,0
1,25 ± 0,06

18,1 ± 1,1
0,72 ± 0,08

19,1 ± 1,2
1,13 ±0,06

16,5 ± 0,9
0,69 ± 0,12

CD3 %
*109 / л

48,42 ± 1,40
0,61 ± 0,12

37,46 ± 2,1
0,27 ± 0,09

57,75 ± 1,47
0,65 ± 0,08

46,8 ± 0,8
0,32 ± 0,05

CD4 %
*109 / л

36,25 ± 1,6
0,22 ± 0,04

30,1 ± 1,25
0,08 ± 0,03

34,00 ± 1,89
0,22 ± 0,04

29,0 ± 1,8
0,09 ± 0,04

CD8 %
*109 / л

21,08 ± 0,91
0,13 ± 0,05

19,9 ± 0,72
0,05 ± 0,01

27,00 ± 3,44
0,18 ± 0,06

24,1 ± 0,93
0,08 ± 0,05

ИРИ (CD4 / CD8)

1,72 ± 0,05

1,5 ± 0,06

1,2 ± 0,05

1,2 ± 0,09

CD20 %
*109 / л

15,45 ± 0,84
0,19 ± 0,08

12,23 ± 1,13
0,09±0,03

14,75 ± 1.55
0,17 ± 0,04

10,42 ± 1,29
0,07±0,03

CD56 %
*109 / л

3,75 ± 0,73
0,05 ± 0,02

2,56 ± 0,34
0,02 ± 0,02

4,13 ± 0,35
0,05 ± 0,03

2,22 ± 0,18
0,01 ± 0,01

CD45RA %
*109 %

34,92 ± 1,45
0,44 ± 0,05

30,88 ± 2,63
0,22 ± 0,06

40,75 ± 1,32
0,46 ± 0,04

28,88 ± 1,65
0,20 ± 0,11

CD95 %
*109 %

1,18 ± 0,23
0,02 ± 0,01

1,43 ± 0,11
0,01 ± 0,01

0,93 ± 0,45
0,01 ± 0,01

2,8 ± 0,58
0,02 ± 0,01

HLA-DR %
*109 / л

14,08 ± 1,08
0,18 ± 0,08

12,9 ± 0,08
0,09 ± 0,04

16,5 ± 0,96
0,19 ± 0,04

13,5 ± 2,5
0,09 ± 0,06

Примечание: 1 группа — лучевая терапия; 2 группа — химиолучевое лечение; ИРИ -
иммунорегуляторный индекс CD4 / CDS; Лф-лимфоциты, р <0,05


Так, в обеих исследуемых группах отмечалось достоверное снижение лимфоцитов периферической крови ((18,1±1,1) % и (16,5±0,9) % соответственно), Т-лимфоцитов CD3+ (до (37,46±2,1) % и (46,8±0,8) %), Т-хелперов CD4+ (до (30.1±1,25) % и (29,0±1,8) %), количество натуральных киллеров CD56+ (до (2,56±0,34) % и (2,22±0,18) %). Также отмечалась тенденция к снижению количества неактивированных Т-лимфоцитов с фенотипом CD45RA+ (до (30,88±2,63) % и (28,88±1,65) %). Указанные изменения носили более выраженный характер в группе, где дополнительно применялась химиомодификация (Вепезид, Цисплатин, Таксотер).

В обеих группах сохранялось в пределах нормы относительное количество В-лимфоцитов CD20+, Т-цитотоксических / супрессоров CD8+ (при сниженном индексе CD4+ / CD8+ (ИРИ) и уровне рецепторов активации HLA-DR+. Рецепторы активации апоптоза CD95+ были незначительно повышены, особенно после лечения.

Учитывая изначальную невозможность полной эрадикации новообразования и ликвидации его иммуносупрессивного воздействия, с целью определения прогностических маркеров, нами исследована зависимость иммунологических показателей от непосредственных результатов лучевого и химиолучевого воздействия.

По результатам лечения все больные были разделены на 2 подгруппы: в 1-ю вошли пациенты, у которых был достигнут положительный эффект по данным рентгенологического и КТ-исследования (полная либо свыше 50 % регрессия первичного очага), во 2-ю — пациенты, у которых регрессия первичного очага не превышала 50 % либо вообще отсутствовала (табл. 4).


Таблица 4. Динамика показателей клеточного звена иммунитета у больных НМРЛ на этапах комбинированного лечения в зависимости от регрессии первич ного очага

Пока
затели

1 группа

2 группа

До
лечения

После лечения

До
лечения

После лечения  
1-я подгр
n=48
2-я подгр
n=30
1-я подгр
n=50
2-я подгр
n=23

Лф %
*109 / л

22,4 ±1,0
1,25 ±0.06

19,6± 1,1
0,92±0,08

16,6±1,2
0,52±0,09

19,1 ±1,2
1,13 ±0,06

18,4± 0,8
0,69±0,12

12,6±1,0
0,39±0,12

CD3 %
*109 / л

48,42±1,40
0,61±0,12

38,22±2,9
0,35±0,09

36,7±1,25
0,19±0,07

57,75±1,47
0,65 ±0,08

55,0 ± 0,8
0,38±0,05

38,2±0,44
0,15±0,06

CD4 %
*109 / л

36,25 ±1,6
0,22 ±0,04

33,9±0,65
0,12±0,03

26,3±0,9
0,05±0.02

34,00±1,89
0,22 ±0,04

30,2±2,2
0,11 ±0,04

27,8±1,4
0,04±0,02

CD8 %
*109 / л

21,08±0,91
0,13 ±0,05

21,6±1,04
0,08±0,01

18,2±0,4
0,03±0,01

27,00±3,44
0,18±0,06

28,8±1,06
0,10±0,05

19,4±0,8
0,03±0,02

ИРИ
(CD4 /
CD8)

1,72 ± 0,05

1,5±0,04

1,45±0,08

1,2 ±0,05

1,1 ±0,06

1,43±0,07

CD20 %
*109 / л

15,45±0,84
0,19±0,08

12,46±1,2
0,12±0,03

12,0±1,06
0,06±0,04

14,75±1,55
0,17±0,04

11.0±1,31
0,08±0,03

9,86±1,27
0,04±0,02

CD56 %
*109 / л

3,75 ±0,73
0,05 ±0,02

2,00±0,20
0,02±0,01

3,12±0,48
0,02±0,01

4.13 ±0,35
0,05 ±0,03

1,30±0,28
0,01±0,01

3,14±0,42
0,01±0,01

CD45RA %
*109 / л

34,92±1,45
0,44 ±0,05

32,21±2,8
0,30±0,07

29,6±2,41
0,15±0,05

40,75±1.32
0,46 ±0,04

32,8±2,330
0,23±0,09

24,96±0,97
0,10±0,13

CD95 %
*109 / л

1,18 ±0,23
0,02 ±0,01

1,07±
0,10 0,01±
0,01

1,79±0,12
0,01 ±0,01

0,93 ± 0,45
0,01 ±0,01

2,06±0,58
0,01±0,01

3,54±0,8
0,01±0,01

HLA-DR %
*109 / л

14,08±1,08
0,18 ±0,08

13,7±0,10
0,13±0,06

12,1 ±0,06
0,06±0,02

16,5 ±0,96
0,19 ±0,04

14,8±2,25
0,10±0,06

12,2±2,75
0,05±0,02

Примечание: ИРИ — иммунорегуляторный индекс CD4 / CD8; Лф — лимфоциты, р <0,05

Как видно из представленных данных, в процессе лечения как в 1-й, так и во 2-ой подгруппе определялось достоверное снижение общего количества лимфоцитов за счет CD3+ (особенно у больных 2-ой подгруппы, где регрессия первичного очага не превышала 50 % либо вообще отсутствовала), CD4+ и CD8+. Однако уровень функциональной дисфункции был глубже во 2-й группе, что выражалось в более низких значениях иммунорегуляторного индекса CD4+ / CD8+, HLA-DR и увеличении экспрессии рецепторов активации апоптоза (CD95+).

Таким образом, анализ полученных данных показал, что у больных НМРЛ прогрессия опухолевого процесса сопровождается выраженным нарушением Т-клеточного звена иммунитета с преобладанием дефицитного состояния, обусловленного, вероятнее всего, опухолевой иммуносупрессией при относительно сохраненной функциональной активности. Наряду с усилением иммунодефицитного состояния при проведении лучевой терапии, особенно с химиомодификацией, наблюдается усугубление дисфункциональных взаимоотношений в субпопуляциях Т-клеточного звена. Это диктует необходимость поиска путей направленной иммунокоррекции, скорее всего, как компонента комплексной сопроводительной терапии при реализации методик, предполагающих интенсивные режимы облучения (в том числе и с химиомодификацей). При оценке прогностической значимости отдельных показателей установлено, что изменение уровней CD3+, CD4+, CD8+, а также индекса CD4+ / CD8+, HLA-DR+, CD25+, CD95+, коррелировало с эффектом проведенного лечения.

Выводы

1. Прогрессия опухолевого процесса при раке легкого сопровождается угнетением клеточного иммунитета и компенсаторным напряжением его гуморального звена.

2. Проведение лучевого и химиолучевого лечения усиливало иммунодефицитное состояние у больных раком легкого, а в случае использования химиомодификации (Вепезид, Цисплатин и Таксотер) дополнительно наблюдалось усугубление дисфункциональных взаимоотношений в субпопуляциях Т-клеточного звена, что диктует необходимость поиска путей направленной иммунокоррекции.

3. При оценке прогностической значимости наибольший интерес представляли показатели CD3+, CD4+, CD8+, иммунорегуляторный индекс CD4+ / CD8+, HLA-DR+, CD25+, CD95+, изменения которых зависели от эффекта проведенного лечения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Мерабишвили В. М., Дятченко О. Ф. Статистика рака легкого (заболеваемость, смертность, выживаемость) / / Практическая онкология. № 3–2000. — С. 3–7.

2. Аксель Е. М. Заболеваемость и смертность от рака легкого в России / / В кн.: Новое в терапии рака легкого (терапия рака легкого начала XXI века) под ред. проф. Н. И. Переводчиковой. — М., 2003. — С. 8–15.

3. Бойко А. В., Черниченко А. В., Мещерякова И. А., Соколов Д. В. Лучевая терапия немелкоклеточного рака легкого / / Практическая онкология, 2000. — С. 24–28.

4. Давыдов М. И., Полоцкий Б. Е. Рак легкого. — М: Радикс, 1994. — 210 с.

5. Saunders MI, Dische S, Barret A et al. Continuous, hyperfractionated, accelerated radiotherapy (CHART) versus conventional radiotherapy in non-small cell lung cancer mature data from the randomised multicentre trial / / Radiafher. Oncol. — 1999; 52 137–148.

6. Carabantes F., Cobo M., Gil S. et al. Phase II Study of Neoadjuvant and Concurrent Chemo-Radiotherapy with Cisplatin (CDDP) and Vinorelbine (VRL) in Advanced (Stage III-В) Non-Small Cell Lung Cancer (NSCLC). European Journal of Cancer, ECCO 11, the European Cancer Conference, LISBON, 21–25 October 2001. Abstract 2830.

7. Maurer L. H., Herndon 11 J. E., Hollis D. R., Aisner J., Carey R. W., Skarin A. T., Perry M. C., Eaton

www.provisor.com.ua






© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика