Логотип журнала "Провизор"








Забытая история. Иосиф Cыцянко

Н. П. Аржанов, г. Харьков

В прошлом харьковской медицины — много имен, не попавших в «иконо-стас» официальной истории, хотя судьба этих людей не менее интересна, чем их коллег, включенных в «святцы» и неукоснительно поминаемых в дни юбилеев. Нередко биография забытого врача лучше характеризует дух ушедших времен, нежели тщательно отредактированное идеологическими цензорами «житие» какой-нибудь знаменитости — Мечникова, Данилевского и т. п.

Пример такой биографии являет собой судьба приват-доцента Харьковского университета, доктора медицины Иосифа (Осипа) Сыцянко, о котором мы мельком упоминали в № 16. Сыцянко пришел на медицинский факультет пионером нового, модного в середине XIX в. направления лечения — электротерапии (ЭТ); больше двадцати лет он развивал это направление в нашем городе, был одним из самых активных и разносторонних членов Харьковского медицинского общества (ХМО), а одновременно — успешным предпринимателем.

Но советской истории приват-доцент оказался интересен лишь тем, что проходил вместе с сыном Александром и его друзьями обвиняемым по делу харьковской группы «Народной воли» о неудавшемся взрыве царского поезда 18 ноября 1879 г. под Запорожьем (тогда — Александровском). Процесс, состоявшийся осенью 1880 г. в Харьковском военно-окружном суде, так и назывался «процесс Сыцянко». Хотя размахом и суровостью приговоров харьковский процесс уступал многим другим судам над народовольцами, он все же привлек внимание Юрия Трифонова, когда бытописатель социальных язв эпохи «брежневского застоя» решил написать роман об известном террористе Андрее Желябове и его товарищах-цареубийцах для серии «Пламенные революционеры». При этом Юрий Валентинович покопался в архивах, нам теперь недоступных [1]:

«В архиве на Пироговке находятся две толстые папки «Дела по обвинению доцента Харьковского университета И. С. Сыцянко и других», где на пожелтевших и никому уже в мире не нужных клочках бумаги рассказана вся эта история харьковских полузаговорщиков, полутеррористов, полуподростков, полустойких и полуслабых бойцов за лучший мир, начавшаяся 27 ноября 1879 г., в четвертом часу пополудни обыском в недостроенном доме доктора Сыцянко. В одной из папок, сразу вслед за показаниями Гольденберга, во многом погубившими Сыцянко, имеется конверт с надписью «Вложение». В конверте лежат образцы найденных в доме Сыцянко проволоки и спирали Румкорфа, завернутые в вату. Это куски той проволоки и той спирали Румкорфа, которые применял под Александровском Желябов».

Два пояснения. Григорий Гольденберг 9 февраля 1879 г. смертельно ранил харьковского генерал-губернатора князя Дмитрия Кропоткина (двоюродного брата аристократа-анархиста), возвращавшегося в карете с институтского бала, после чего был умело «расколот» царскими следователями, сыгравшими на его позерстве и самолюбии, и повесился в тюремной камере.

А спираль Румкорфа — это технический символ той «терапии», которой террористы намеревались оздоровить русское общество. Под маркой механика Генриха Даниэля Румкорфа (1803–1877) в Париже выпускались аппараты для гальванического лечения: уроженец Ганновера, с 1840 г. живший во Франции, в середине столетия изобрел индукционную катушку с двумя обмотками и вибрационным прерывателем, позволявшую получать высокое напряжение. Аппарат Румкорфа оказался востребованным не только медициной; его искра хорошо подходила для подрыва динамитных фугасов. Во имя этих двух целей спираль Румкорфа изготовляли в харьковской мастерской И. С. Сыцянко.

Век назад, когда Харьковский университет и его медицинский факультет отмечали первое столетие, имя покойного приват-доцента включили, тем не менее, в юбилейные издания. Но при этом впали в другую крайность — сообщая немало полезного о медицинской карьере Сыцянко, игнорируемой советской историей, биографы деликатно умалчивали о причастности поклонника ЭТ к терроризму. О «процессе Сыцянко» ничего не сказал и анонимный автор (Е. И-в) наиболее полной биографической статьи [2]:

«Сыцянко Iосиф Семенович родился в Витебской губернiи в 1824 г., среднее образованiе получил в Могилевской губернской гимназiи, по окончанiи которой поступил (в 1846 г.) в Московскiй университет по медицинскому факультету. В 1851 г. Сыцянко был удостоен степени лъкаря cum eximia laude, а в 1856 г. после публичного защищенiя диссертацiи «De febris intermittentis curatio» получил степень доктора медицины. С 1851 по 1854 гг. он состоял врачом при помъщичьем имънiи в Курской губернiи, а с 1855 по 1862 гг. завъдывал больницей, находящейся при свеклосахарном заводъ графа Шувалова в Тамбовской губернiи. В 1863 г. Сыцянко определен старшим врачом Виленского еврейского госпиталя.

До избранiя доцентом Харьковскаго университета I. С. Сыцянко состоял: 1) членом-корреспондентом Варшавскаго медицинскаго общества с 1860 г.; 2) дъйствительным членом Тамбовскаго губернскаго статистическаго комитета с 1861 г.; 3) дъйствительным членом Московскаго общества врачей с 1862 г.; 4) дъйствительным членом Императорскаго Виленскаго медицинскаго общества с 1863 г.

В 1863 г., по объявленiи доцентуры электротерапiи в Харьковском университетъ вакантной, Сыцянко был единогласно избран на должность доцента, а в 1864 г. по представленiю Совъта университета утвержден в ней попечителем учебнаго округа. Приняв на себя эту должность, он стал энергично вести теоретическое и в особенности практическое преподаванiе ЭТ. Это видно, напримър, из того, что к концу 1865 г. Сыцянко успъл составить записки для студентов по ЭТ, описать 150 исторiй болъзни и дать больным около 1800 сеансов. В теченiе своей преподавательской деятельности до 1884 г. Сыцянко читал ежегодно студентам 2-го и 3-го курсов теорiю ЭТ и вел практическiя занятiя со студентами 4-го и 5-го курсов в Маньковском электролечебном заведенiи.

Желая поставить преподаванiе ЭТ в Харьковском университетъ на высоту западно-европейской науки и сознавая невозможность сдълать это путем одного изученiя литературы предмета, Сыцянко неоднократно ходатайствовал о командировках за границу с цълью ознакомленiя с извъстными электролечебными заведенiями Запада. В заграничных командировках он был три раза (в 1866, 1868 и 1878 гг.), частью на казенный счет, частью на собственныя средства. Ознакомленiе с выдающимися электролечебными заведенiями Австрiи, Пруссiи, Съверной Германiи, Бельгiи, Францiи и Италiи дало Сыцянко возможность улучшить постановку дъла в Маньковском электролечебном заведенiи как учебно-вспомогательном учрежденiи и создать этому заведенiю значительную извъстность в мъстной публикъ».

Другие биографические справки дополняют этот текст мелкими подробностями: «поляк, из дворян» и др. Но лишь в истории ХМО, где Сыцянко в нескольких словах охарактеризован и как личность, есть фраза о революционной деятельности приват-доцента. Впрочем, и она весьма туманна и неточна [3]:

«Предмету своему I. С. Сыцянко отдавался всецъло. В представленiи современников он рисовался не иначе как с электрической машинкой в руках и в шляпъ, почти неразлучной с его головой (рис.). В связи со студенческими волненiями 1878–1879 гг. и закрытiем студенческой столовой I. С. был арестован и сидел в тюрьмъ.

 

И. С. Сыцянко

 

Одно время Сыцянко был членом городской думы. Член ХМО с 1865 г., с 1866 г. по 1879 г. состоял членом ревизiонной комиссiи, а в 1871 г. казначеем и библiотекарем Общества. Умер Сыцянко в 1886 г.».

Еще одна важная деталь биографии: Иосиф Семенович рано остался многодетным, по нынешним меркам, вдовцом. От имени его сына Юрий Трифонов пишет [1]:

«Я очень любил отца и жалел его. Наш отец был прекрасный, добрый, простодушный, несчастный человек — Осип Семенович Сыцянко, католик, принял православие и был женат на православной, нашей матери, которая рано умерла. Осталось нас четверо: отец, две дочери и я. Сестры были старше. Жили дружно, счастливо, в доме всегда было полно молодежи, друзей моих сестер, студентов, моих товарищей. Отец старался, чтоб мы не чувствовали себя сиротами, без женской ласки: часто приезжала и подолгу гостила тетя Виктория, сестра отца, по мужу Польцгоф, с тремя сыновьями — Сашкой, Витькой и Васенькой — они были помладше, совсем юные оболтусы, такие же, как я, страстные охотники, ирокезы, мормоны, квартероны. Вообще, было шумно, славно! Лучшего и не было никогда ничего...»

Где умерла жена — неясно, но очевидно, что все дети бывшего католика родились еще до того, как он, уже сорокалетний, осел в Харькове. Периодические переезды семьи и жизнь в деревне не мешали доктору Сыцянко активно печататься в медицинской периодике, начиная с 1853 г., когда в «Московском Врачебном журнале» вышли две его первые статьи. Одна из них соответствовала теме диссертации — «Об употреблении хинина и мышьяка в перемежающихся лихорадках», вторая символизировала тягу Сыцянко к медицинской экзотике и редким казусам — «Выхождение глист через пупок».

Так было и дальше: доктор публиковал в Москве и Варшаве вполне серьезные работы «О натуре перемежающейся лихорадки», «Purpura и typhus fever», «Хинный эфир», «Случай, доказывающий, что vesicula germinativa исчезает в созревшем еще не оплодотворенном яичке», «Случай травматической аневризмы», «Замечательный случай трудных родов»; отчитывался о работе подчиненных ему учреждений — «О деятельности провинциальных врачей и о пользовании больных в заведуемой автором больнице», «Больничный отчет за 1857 г. с описанием замечательных случаев и хирургических операций»; отдавал дань просветительству — «О необходимости распространения в публике знания врачебных наук». Но в его наследии имеются и такие опусы, как «О ночном недержании мочи у детей», «О спасении утопших», «Описание снаряда, придуманного автором для заменения пьявок».

В 1860 г. появилась первая статья, засвидетельствовавшая интерес Сыцянко к ЭТ — «Об эпилепсии и ее лечении посредством электричества»; за ней последовал ряд заметок под общим заглавием «Опыты и наблюдения, относящиеся до ЭТ» (1860–1862 гг.). Неплохо же была оснащена заводская больница графа Шувалова!

Последние публикации обеспечили Иосифу Семеновичу прохождение конкурса и доцентуру в Харьковском университете. Но в еще большей степени этому способствовало введение в 1863 г. нового университетского устава. Этот устав был принят на волне александровских реформ, смывшей крепостное право и рекрутщину, а взамен принесшей России непривычные свободы, не все из которых пошли стране на пользу — адвокатуру и суд присяжных, земства и нигилизм, народничество и политический террор.

Не последнее место среди них заняли и «университетские свободы»: по либеральному уставу, отменявшему еще николаевский устав 1835 г., университеты обретали автономию — выборность ректоров и профессоров; руководство ими передавалось Советам профессоров, которым подчинялось студенчество, и т. д. Сумма расходов на высшее образование почти удвоилась, будущих преподавателей начали посылать доучиваться за границу, стали выделяться бюджетные средства на приобретение демонстрационных приборов и организацию при университетах лабораторий, чего раньше не было.

В числе прочего новый устав предусматривал и введение приват-доцентуры:

«Приват-доцент (нем. Privatdozent, от лат. privatim — частным образом и docens — обучающий) — ученое звание внештатного преподавателя в университетах и некоторых др. высших учебных заведениях дореволюционной России и в ряде зарубежных стран. В России введено по инициативе Н. И. Пирогова университетским уставом 1863 г. с целью расширения круга преподавателей, способных вести лекционные курсы наряду с профессорами и доцентами (приват-доценту, как правило, поручалось чтение так называемых необязательных курсов)».

В 1863 г. доцентура по ЭТ была открыта на медицинском факультете Харьковского университета впервые; она скорее всего стала первой во всей Российской империи. Читать лекции по ЭТ Сыцянко начал лишь осенью следующего, 1864-го г. [4]:

«В декабрьской книжкъ «Военно-медицинскаго журнала» за 1863 г. мы объявляли об открытiи Маньковскаго электролечебнаго заведенiя в Харьковъ, которым завъдывает приват-доцент Сыцянко, с обязательством читать студентам медицинскаго факультета теорiю ЭТ. Здъсь мы сообщаем вступительную его лекцiю, читанную 13 октября 1864 г. ».

Но что представляло собой Маньковское электролечебное заведение, которое встречается нам в текстах о Сыцянко уже в третий раз? Из вышеизложенного ясно лишь, что оно существовало еще до доцентуры и стало к последней необходимым «довеском». Подробно мы расскажем об электролечебнице в следующей статье; пока отметим же, что название заведения в Харькове не имеет ничего общего с известной украинской медицинской династией Маньковских — совпадение число случайное.

А теперь вернемся к первой лекции приват-доцента, которой Сыцянко вводил студентов-медиков в свое понимание ЭТ и медицины вообще. Многие слова Иосифа Семеновича о болезни и лекарствах актуальны до сих пор [4]:

«Есть множество опредъленiй болъзни. Мнъ кажется, что сказав «болъзнь есть ненормальное проявленiе жизни», мы составим понятiе о ней довольно опредъленное. Чтобы ненормальное проявленiе жизни сдълать нормальным, словом — излечить болъзнь, необходимо участiе тъх внешних дъятелей (факторов — Н. А.), которые относятся к числу жизненных стимулов, или же неръдко и таких, которых влiянiю человък обыкновенно не подвергается, и которые мы называем врачебными средствами. Чтобы предотвращать болъзнь, т. е. удерживать в нормальном состоянiи всъ отправленiя тъла, необходимо удерживать в нормальном состоянiи влiянiе на тъло всъх жизненных стимулов и устранять влiянiе дъятелей случайных.

Врачи и неврачи тысячи лът без устали ищут лекарственные средства, т. е. изучают терапiю. Между тъм анатомiя существует как наука всего 2–3 столътiя; физiологiя родилась еще позже; патологическая физiологiя и патологическая анатомiя принадлежат уже нашему столътiю. Особой же науки, имъющей предметом изученiе внъшних дъятелей и законов их влiянiя на организм, еще нът.

Вот почему я полагаю, что врачи слишком прямо стремились к цъли, думая непосредственно ръшить свою главную задачу — найти върные способы к предотвращенiю и леченiю всъх болъзней. Что такой способ совершенствованiя медицины неудовлетворителен, доказывается тъми ничтожными успъхами, которые сдълала до сих пор терапiя, несмотря на то, что многiя тысячи дъятелей постоянно собирают факты, долженствующiе служить основанiем этой науки.

Леченiе внутренних болъзней, гдъ врач дъйствует не своими руками или устроенными им же снарядами, а только подвергает больного влiянiю различных дъятелей, существующих в природъ, т. е. собственно терапiя, вертится в замкнутом кругу: безпрестанно открываются новыя врачебныя средства, забываются и потом опять появляются под видом новых. И это будет продолжаться до тъх пор, пока не будут изслъдованы законы влiянiя на организм внъшних дъятелей, а преимущественно жизненных стимулов.

К числу этих послъдних принадлежит и электричество. Поэтому электробiологiя, т. е. ученiе о влiянiи электричества на человъческiй организм, должна составлять часть науки о влiянiи всъх вообще внъшних дъятелей».

Дальше лекция постепенно перерастает в оду электричеству, пафосом напоминающую лучшие романы Жюля Верна. Катушка Румкорфа, кстати, — одно из любимых орудий положительных героев французского фантаста. Электричество, кажется Иосифу Семеновичу, лежит даже в основе жизни [4]:

«Жизненные стимулы можно раздълить на 2 вида: влiянiе одних столь очевидно, что их прекращенiе быстро влечет за собою прекращенiе жизни. Сюда относятся пища, дыхательный воздух, температура тъла. Другiе же дъйствуют незамътно, хотя непрерывно. К этой категорiи относятся температура, упругость (давление — Н. А.) и влажность атмосферы; электричество, магнетизм, свът.

Итак, электричество принадлежит к числу жизненных стимулов, дъйствующих незамътно. Плохое, могут подумать многiе, доказательство его особенно важнаго значенiя.

Но его постоянное, хотя и незамътное влiянiе тъм не менъе сильно. Даже смертоносная сила молнiи может быть отнесена к доказательствам цълебных свойств электричества. Ведь в трудных случаях врачи обыкновенно не довольствуются малиновым сиропом и алтейным декоктом, а прибъгают к средствам, которыя большею частью хранятся в аптекъ под вывъской venena.

Поступленiе пищи в тъло необходимо для поддержанiя химических процессов, которыя чрез возбужденiе электричества служат источником силы, обнаруживаемой животными. Короче, пища имъет значенiе как жизневозбудитель только в том отношенiи, что служит источником электродвигательной силы.

Значенiе дыхательнаго воздуха как жизненнаго стимула также заключается в том, что он способствует развитiю в тълъ электродвигательной силы.

Теплород и электричество имъют столько между собою общаго, находятся в такой тъсной друг от друга зависимости, что их можно смъло считать проявленiями одного и того же начала. Слъдовательно, и теплородныя явленiя в тълъ должны быть разсматриваемы нераздъльно от явленiй электрических.

Магнетизм и свът суть явленiя относящiяся к одной категорiи с электричеством, происходящiя из одного с ним источника. Поэтому результаты и цъль их влiянiя на организм не могут представлять существенной разницы с результатами и цълью влiянiя самого электричества.

Какой же вывод из всего этого? Он очевиден: электричество при влiянiи на человъческiй организм играет роль всъх прочих жизненных стимулов и поэтому основательное изученiе этих послъдних, необходимое для успъхов терапiи, невозможно без изученiя электробiологiи.

Только различные виды электричества, развиваемые снарядами (медицинскими электроприборами — Н. А.), могут быть причислены к терапевтическим средствам.

ЭТ имъет предметом изученiе цълебнаго влiянiя на человъческiй организм различных видов электричества, возбуждаемаго искусственным образом, т. е. посредством различных снарядов».

Наконец, лектор разворачивает перед изумленными слушателями предполагаемые механизмы действия и, главное, блестящие перспективы лечения электричеством [4]:

«Резюмируем: электричество 1) само принадлежит к числу жизненных стимулов, 2) играет очень важную роль при дъйствiи на человъческiй организм каждого из них.

Можно ли допустить при этом, чтобы внъшнее электричество, доставляемое снарядами, не имъло никакого влiянiя на свойства нервов и мышц? Если же оно оказывает на них влiянiе, то должно измънять их дъятельность, а, слъдовательно, и всъ отправленiя, в которых принимают участiе нервы и мышцы. Это измъненiе нервной и мышечной дъятельности под влiянiем внъшняго электричества может быть полезно для организма только при извъстных благопрiятных условiях. Чтобы пользоваться этим влiянiем с врачебною цълью, конечно, необходимо наперед основательно изучить его.

Достигнув этого, мы бы прiобръли возможность управлять посредством электричества главнъйшими жизненными отправленiями, а слъдовательно, и приводить их из ненормальнаго состоянiя в нормальное. И теперь уже, при недостаточном знакомствъ с электричеством, мы неръдко встръчаемся со случаями, гдъ посредством его излечиваются болъзни, положительно неизлечимыя никакими другими средствами. По мъръ ознакомленiя со всъми свойствами этого дъятеля, с законами его влiянiя на различныя жизненныя отправленiя, такiе случаи, само собою разумъется, будут становится менъе ръдкими, и напротив, болъе ръдкими — случаи, в которых теперь польза электричества оказывается незначительною или даже отрицательною.

Кромъ того, изученiе связи между электрическими явленiями, происходящими в организмъ, может способствовать объясненiю электромолекулярных процессов. А это, конечно, повело бы к открытiю многих законов, по которым совершаются различныя как нормальныя, так и болъзненныя отправленiя. Электроцеллюлярная патологiя послужила бы развитiем патологiи Вирхова, составившей эпоху в наукъ.

Нервы и кровеносные сосуды суть, так сказать, отдъльные сословiя клъточек, обязанных нести службу с цълью поддержанiя жизни цълаго организма. Даже и клъточку едва ли можно считать индивидуумом; быть может, она составляет цълую группу индивидуумов, одаренных извъстными свойствами и, между прочим, самостоятельным движенiем.

Электричество оказывает влiянiе не только на нервы и мышцы, но даже и на самыя клъточки. Оно может поэтому излечивать не только болъзни нервной и мышечной систем, но также и тъ, коих сущность состоит в ненормальности питанiя какой-либо части организма, или же в измъненiи дъятельности желъзистых органов (что уже доказано наблюденiями).

Нужно ли еще искать доказательств, что изученiе ЭТ, а также и служащих ей основанiем электрофизiологiи и электрофизики, необходимо для каждаго врача?»

А если недоверчивые харьковские студенты требовали еще доказательств, то у Сыцянко уже были наготове местные больные, излеченные, по его мнению, электричеством и ставшие героями новых публикаций [5]:

«Я пользую в настоящее время больную, которая представляет в высшей степени характеристическiе признаки свинцоваго паралича, между тъм как во всю свою жизнь она не имъла, по ея увъренiю, дъла со свинцом (лишь употребляла свинцовыя бълила в видъ косметическаго средства).

Вот вкратцъ исторiя этой болъзни. Дама лът 40, кръпкаго тълосложенiя, всегда пользовалась прекрасным здоровьем. Нъсколько лът тому назад стали появляться в различных частях тъла боли, которыя были принимаемы за ревматическiя и то стихали, то усиливались, то совершенно прекращались. Потом больная стала замъчать неловкость при движенiи рук, которая постепенно усиливалась и наконец лишила ее возможности шить, вязать и даже взять в руку какую-нибудь мелкую вещь.

Совъты многих врачей не принесли ей ни малъйшей пользы — напротив, болъзнь постепенно ухудшалась. Лътом 1864 г. предпринято было леченiе холодной водой. Но послъ второго обливанiя приключилась горячка, во время которой больная нъкоторое время находилась в безсознательном состоянiи и была совершенно лишена владънiя руками.

В ноябръ того же года больная обратилась ко мнъ. Послъ 10 сеансов, в которых был употреблен гальваноиндуктивный ток посредством полусферических электродов, покрытых толстой замшей, из коих один приставлялся к наружной сторонъ нижней трети плеча, а другой к различным мышцам тыльной стороны предплечiя, больная получила возможность сгибать руки в локтях, не поворачивая ладоней кверху.

В снарядъ, который был употребляем в этом случаъ, электромагнит имъет 6 дюймов длины и 4/5 дюйма в дiаметръ; 1-я спираль — 1000 оборотов в 1 мм толщины, 2-я спираль — 10000 оборотов в 1/3 мм толщины. Больная могла переносить ток, получаемый при таком расположенiи спиралей, что верхняя (назначенная для тока вторичнаго, т. е. индуцированнаго) покрывала от 0,3 до 0,45 нижней (для тока индуцирующаго), и при употребленiи Бунзенова элемента с цинком в 40 квадратных дюймов».

Иосиф Семенович, как будет видно и ниже, отдавал явное предпочтение пациенткам «крепкого телосложения». Собратьев же по специальности Сыцянко сурово критиковал за, как ему казалось, небрежность [5]:

«Надо сказать нъсколько слов о непростительной и непонятной небрежности, с которой большая часть врачей, занимающихся ЭТ, сообщают свои наблюденiя. Неръдко, описывая какой-нибудь случай замъчательнаго изцъленiя, авторы не упоминают даже, какой вид электричества был употребляем; почти никогда не опредъляют с точностью мъста приставленiя электродов, их формы, силы и устройства снарядов. Даже в опредъленiи полюсов гальванических батарей встръчается сбивчивость. Без этого же, конечно, нельзя понимать друг друга, а слъдовательно, пользоваться наблюденiями.

ЭТ до сих пор составляет достоянiе меньшинства врачей, но число ръшающих заниматься ею постепенно увеличивается и увеличивалось бы еще болъе, если бы многим не отбивала охоту к этому сбивчивость понятiй, встръчающихся в различных сообщенiях. Поэтому необходимо, чтобы электротерапевты, сообщая свои наблюденiя, объясняли с точностью вид употребленнаго электричества, устройство снаряда, форму электродов, способ их примъненiя, продолжительность каждаго сеанса, частоту повторенiй и проч. Правда, такiя сообщенiя будут очень длинны, но зато одно подробное описанiе дъйствительно замъчательнаго случая принесет болъе пользы, нежели 10 таких, какiя встръчаются в различных перiодических изданiях, не исключая и спецiально посвященнаго ЭТ «Annales de l’electricite medicale».

На самом же деле электротерапевты скрывали друг от друга удачные методики, замалчивая в публикациях важные детали, без которых конкуренты не могли воспроизвести их достижения. ЭТ слыла весьма доходным занятием, и приват-доцент не мог этого не знать. Тем более, что и услуги Маньковского электролечебного заведения были для пациентов платными.

Литература

  • Трифонов Ю. В. Нетерпение. Повесть об Андрее Желябове. — М.: Политиздат, 1973. — 543 с.
  • Медицинскiй факультет Харьковскаго университета за первые 100 лът его существованiя (1805–1905)/Под ред. И. П. Скворцова и Д. И. Багалъя. — Харьков: Типографiя «Печатное Дъло» кн. К. Н. Гагарина, 1905–1906.
  • Харьковское медицинское общество (1861–1911): Очерки его пятидесятилътней дъятельности/Под ред. С. Н. Игумнова. — Харьков: М. Зильберберг и сыновья, 1913. — 539 с.
  • Об отношенiи ЭТ к прочим медицинским наукам и о значенiи электричества как врачебнаго средства. Вступительная лекцiя по предмету теорiи ЭТ, читанная в Харьковском университетъ приват-доцентом Сыцянко 13-го октября 1864 года // Военно-медицинскiй журнал. — 1865. — Часть XCII, книжка вторая, февраль. — Раздъл «Смъсь». — С. 146–157; часть XCII, книжка четвертая, апръль. — Раздъл «Смъсь». — С. 253–256.
  • Сыцянко I. С. Случай свинцоваго паралича без отравленiя свинцом // Там же. — Книжка вторая, февраль. — Раздъл «Практическая медицина». — С. 142–145.

Продолжение следует





© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика