Логотип журнала "Провизор"








Почему не прижились правила GMP в СССР? К тридцатилетию принятия первого варианта правил GMP в СССР

А. В. Стефанов, акад. АМН Украины,
В. Т. Чумак,
А. П. Мешковский, эксперт ВОЗ

В предыдущей работе мы высказали предположение о возможности и необходимости перехода фармацевтической отрасли Украины на GMP «с сегодняшнего дня» и указали пути, как это сделать, чтобы препараты высокого качества были доступными [1]. В противном случае не будет инвестиций в фармацевтический сектор, а уже вложенные средства «прогорят» из-за отсутствия государственной системы их защиты.

В данной статье мы сделали попытку провести параллель между принципами, заложенными в понятие «качество лекарств», и философией GMP, коснуться вопросов разработки и внедрения в производство лекарств.

Такой анализ необходим для понимания причин, которые сегодня могут помешать переходу на GMP и осознанию сути и признаков этого перехода. Важно найти ответ, почему не перешли на GMP в СССР [2] и какая гарантия, что это удастся сделать сегодня нашему научному и техническому потенциалу, являющемуся носителем культуры и традиций, сформированных в то время. Ликвидированы ли предпосылки для повторения истории трансформации идеологии GMP в систему контроля каждого шага субъекта фармацевтического рынка в отрыве от конечной цели — гарантии безопасности и эффективности лекарственного средства, предлагаемого пациенту?

Зачем понадобились человечеству правила GMP?

В середине 60х годов прошлого века мировая индустрия лекарств начала перерождаться из отрасли химической промышленности в самостоятельную фармацевтическую промышленность [3]. Этому способствовало несколько объективных факторов.

С увеличением объемов знаний в области фармации, фармакологии, физхимии и медицины стало очевидным, что лекарствами следует считать не молекулу (субстанцию), а готовые дозированные формы (таблетки, капсулы, инъекционные препараты и т. п.) с заданными им строго определенными физико-химическими свойствами, определяющими динамику взаимодействия молекулы действующего вещества с клетками-мишенями.

Учитывая это, под качеством лекарств следует понимать не только соответствие фармакопейным требованиям, т. е. спецификациям (допускавшее частые «временные отклонения»), но и, прежде всего, пригодность препаратов к применению в клинике. Особое значение приобрело обеспечение качества, основанное на комплексном, профилактическом подходе в плане недопущения в процессе производства даже неосознанных или случайных факторов, потенциально способных изменить терапевтические или токсикологические свойства препарата.

Естественно, вышеперечисленные подходы должны быть обеспечены соответствующим уровнем разработки и испытания лекарственного препарата. Правила разработки и испытания сводятся к простой формуле: чтобы определить, можно ли использовать препарат в клиниках, уполномоченный орган должен иметь ответы на вопрос: где, когда, кем, как и почему проведено создание и испытание препарата. На основании этих данных принимается решение о возможности регистрации и применения препарата.

Таким образом, изменилась научная база и подходы, были переосмыслены многие ключевые для отрасли понятия и сформулированы требования к обращению лекарств — от создания, испытания, производства до применения, известные как GLP, GCP, GMP и т. д.

Недаром говорят, что теорию Эйнштейна давно бы уже пересмотрели, если бы она затронула чьи-то экономические интересы. Следует назвать представителей этих интересов на фармацевтическом рынке. Среди них условно можно выделить три основные силы: известные фармацевтические компании, которым досаждают многочисленные конкуренты, новые фирмы, желающие эффективно вложить капитал и занять свою нишу, и, наконец, страховые компании, которые хотят иметь четкие представления, насколько обосновано использование препаратов в медицинской практике и какова стоимость лечения пациентов.

Исходя из тезиса известных классиков, что практика двигает прогресс сильнее, чем сотня университетов, вероятно, благодаря этим трем силам в большинстве развитых государств официально признано, что лекарство как товар принципиально отличается от обычной продукции массового потребления.

Например, приобретая телевизор, потребитель на месте проверяет его работу, и никому в голову не приходит пересчитывать, все ли транзисторы или другие детали поставил производитель (контроль по спецификации). Если телевизор показывает не так, как хочется потребителю, то следует адекватная реакция и никого не интересует, что его производство сертифицировано и имеет систему гарантии качества.

Отличие лекарств состоит в том, что у покупателя отсутствует возможность проверить качество препарата при приобретении. Кроме того, далеко не всегда желание приобрести этот товар зависит от потребителя.

Таким образом, уплатив деньги и убедившись сразу или после приема, что его это лекарство не устраивает, пациент не может вернуть ни препарат, ни деньги, ни здоровье, т. е. фармацевтический бизнес остается без проигрыша в любой ситуации.

Пациент вынужден доверять всем: разработчику, исследователю, производителю, врачу и т. д. И хорошо, если применение лекарства проходит под квалифицированным наблюдением врача, который может вовремя скорректировать назначение.

Такая особенность лекарства как товара заставила установить требования к основным этапам обращения, т. е. разработке, испытанию, регистрации, производству и т. д., лекарств. Одним из требований является производство лекарств в соответствии с правилами GMP.

Предприятия, которые начали работу по подготовке к сертификации на соответствие этим требованиям, ощутили потребность в соответствующем уровне фармацевтической разработки и испытаний своих препаратов по GLP и GCP.

В 1963 году в США были опубликованы первые правила GMP. Позже, в 1968 году, ВОЗ с участием экспертов из СССР и председателя Фармакопейного комитета СССР утвердила правила GMP ВОЗ, а в 1969 году была принята резолюция ВОЗ, предписывающая всем странам применять правила GMP. Советская делегация против этой резолюции не возражала, хотя руководство Минздрава СССР сообщило в ВОЗ о своей незаинтересованности в их внедрении [3].

Публикация этих правил в СССР была закономерностью, поскольку СССР не мог выступать против гуманных целей, которые преследовали эти правила [4]. Опубликованный 30 лет назад в СССР документ [2] фактически был правилами GMP, что следует из его структуры и требований.

В пояснительной записке обоснована необходимость следования принятым в мире требованиям к производству лекарств: «Усложнение фармацевтического производства вызвало к жизни новые концепции обеспечения качества продукции в отрасли, в частности представление о необходимости всестороннего контроля производственных факторов в дополнение к анализу и испытанию готовых продуктов.

Известно, что соответствие лекарственных средств установленным для них официальным требованиям еще не может являться абсолютной гарантией их удовлетворительного качества. Например, фармакопейные статьи не в состоянии предусмотреть испытания препаратов на отсутствие примесей, появившихся в связи с перекрестным загрязнением из-за ошибок в организации производства. Обеспечение высокого качества лекарственных средств, в том числе и по показателям, не предусмотренным нормативно-технической документацией, возможно лишь при соблюдении положений, изложенных в РТМ.

Требования РТМ, с одной стороны, и Государственной фармакопеи и аналогичной нормативно-технической документации, с другой стороны, взаимно дополняют и усиливают друг друга».

Таким образом, в 1974 году в СССР появился документ, который предполагал развитие системы стандартизации лекарственных средств по международным правилам. Концептуальная основа этих правил базировалась на специфике лекарственного препарата как товара, потребительские свойства которого имеют две составляющие: безопасность и эффективность,— которые трудно контролировать только физико-химическими методами.

С учетом этой специфики концепция качества лекарственного препарата, провозглашенная ВОЗ, предполагает триединые правила, т. е. одновременное их выполнение при производстве препарата:

  • эффективность и безопасность его применения;
  • соответствие препарата требованиям спецификации;
  • производство его в соответствии с правилами GMP.

Однако при всей приверженности СССР к принципам гуманизма уже через шесть лет после публикации правил GMP вышел документ, установивший другие правила разработки и внедрения в производство лекарств [5], которые серьезно отличались от GMP, что позволило отложить вопрос перехода на международные правила обращения лекарств до 1991 года.

С нашей точки зрения было несколько причин, препятствующих внедрению GMP в СССР. Эти причины можно разделить на две группы: идеологические и экономические.

К идеологическим причинам можно отнести:

1. Закрытость экономики и общества

Принципиальным фактором, препятствующим внедрению GMP в фармацевтической промышленности (как и любых инноваций в других отраслях), была ориентация на внутригосударственные замкнутые технологические циклы — от НИОКР до серийного выпуска продукции. Это касалось не только лекарств, но и, прежде всего, оборудования, материалов, средств измерения и т. д.

При советских подходах к организации любого производства значительное финансирование и целевые программы требовались не только фармацевтической промышленности, но и ряду смежных отраслей. Это касалось самых различных фильтров (для очистки воды, газов и воздуха, стерилизующих фильтров для асептических методик), некоторых конструкционных материалов высокой чистоты для оборудования и создания чистых помещений, агрегатов для высокой очистки воды и некоторого другого оборудования. На разработку только элементной и технологической базы требовались огромные материальные средства и длительное временя.

При этом пренебрегали экономическими расчетами. Стоимость только части упомянутых целевых программ (без гарантии их успеха и потерь во времени) была значительно выше, чем закупка «под ключ» современных производств лекарственных средств вместе с лицензиями на генерики. В отличие от мировой практики закупки лучших достижений, в СССР предпочитали каждый раз начинать свои разработки неконкурентоспособных (из-за закрытости рынка) отечественных изделий и материалов.

Вероятно, этот подход способствовал формированию представлений о GMP как о непосильном капиталоемком направлении развития фармацевтической отрасли, затрагивающем смежные области: химическую, машиностроительную, строительную индустрию и др.

2. Система стандартизации и ведомственная разобщенность

То, что качество лекарственного препарата определяется его фармакотерапевтической эффективностью и безопасностью с точки зрения токсичности и побочных эффектов, не вписывалось в сложившуюся систему стандартизации лекарственных средств в СССР, разделенной ведомственными барьерами:

  • требования к производству препарата — Министерство медицинской промышленности;
  • требования к показателям качества (Фармакопея — Государственный стандарт), компетенция Госстандарта СССР;
  • безопасность и эффективность препарата — компетенция Министерства здравоохранения.

В результате в СССР доминировало представление, что качество любого продукта определяется исключительно спецификацией, изложенной в ГОСТе, ОСТе, Фармакопее или в другом аналогичном документе.

Таким образом, было привычным, что препарат, не обладающий терапевтической эффективностью, токсичный или дающий побочные эффекты, может быть высокого качества, поскольку четко выполняются требования спецификации. Вспомним проблему стрептомицина.

Этому же способствовала и система определения качества продукции (карты технического уровня и качества лекарственных средств), которая путем манипуляции подобранных формальных показателей утверждала, что советские лекарства по качеству не уступают лучшим мировым образцам.

3. Единая государственная система управления качеством

В СССР концепция качества лекарственного препарата ВОЗ не вписывалась в Единую систему государственного управления качеством продукции [6], которая использовала единые подходы ко всем видам продукции без учета их специфики. Существовал единый союзный орган и методология управления этой системой.

В соответствии с Основными принципами Единой системы государственного управления качеством продукции в СССР была широко развернута Комплексная система управления качеством продукции (КС УКП).

Организационно-технической основой КС УКП были стандарты предприятий (СТП), которые, будучи составной частью Государственной системы стандартизации, и должны отражать специфику каждой конкретной организации и предприятия, должны были учитывать требования государственных, республиканских и отраслевых стандартов по вопросам качества.

Этой системой были охвачены все стороны деятельности предприятий и организаций и насчитывали более полутора сотен стандартов для каждого предприятия. Разработка СТП внешне напоминала создание стандартных операционных процедур (СОПов), но имела одно принципиальное отличие — они должны были согласовываться с головной организацией по стандартизации определенной продукции.

Поэтому горы бумаг, которыми должно сопровождаться производство лекарств по GMP, не пугает наших производителей, увидевших в GMP лишь чистые помещения и оборудование. Они привыкли к формальному отношению к многочисленным, не всегда ясным и понятным требованиям к разным сторонам фармацевтической деятельности в виде бывших СТП, которых мало кто придерживался.

Доказательством приведенных выводов могут быть попытки реализации требований всей системы стандартизации, направленной на повышение качества продукции во времена «пятилетки качества», во второй половине 80-х гг., путем введения на ведущих предприятиях Союза органов Госприемки.

Деятельность этих органов наглядно показала надуманность многих стандартов, которые формально существовали на всех предприятиях, но их требования никогда не выполнялись. Требование органов Госприемки выполнять их привело к параличу деятельности ведущих предприятий СССР, резкому снижению объемов производства, ухудшению экономики государства и, как следствие, его развалу.

Вероятно, этим обусловлен страх перед осмыслением, что же такое качество товара и лекарства, в частности, поскольку вопрос качества продукции ассоциируется с изменением мировоззрения и затрагивает основы государства.

4. Идеологическая несовместимость с концептуальными основами GMP

Советская система не допускала разработки лекарств, технологий их получения и мероприятий по обеспечению качества лекарственных препаратов фармацевтическими предприятиями. Хотя на Западе всем этим самостоятельно занимаются именно фармацевтические компании.

Чрезвычайно важным аспектом в восприятии GMP является осознание того, что со стороны государства устанавливаются требования только к конечному результату. Препарат должен обладать заявленными в регистрационном досье безопасностью и эффективностью, которые доказаны доклиническими и клиническими испытаниями [7], и соответствовать спецификации, установленной при его разработке.

В отличие от советской системы стандартизации, государство не должно регламентировать путь достижения предприятием конечного результата. Этот путь, определяющий себестоимость, уровень качества продукции и научно-технический уровень производства, является предметом творческого состязания и конкуренции фармацевтических фирм.

Вместо того, чтобы обеспечить идеологией и методологией разработку и внедрение лекарств в производство в соответствии с мировыми тенденциями, инициатива предприятий была заблокирована, думать за всех предоставлялось головным научным и проектным организациям, а принимать решения по реализации надуманного — министерствам и ведомствам.

В результате такой политики и при отсутствии мотивации творческого труда, мы получили огромный производственный потенциал с иждивенческим менталитетом и чувством своей второсортности, не нуждающийся в высококвалифицированных специалистах.

5. Представления о лекарственном препарате в СССР

Прямым следствием отличий в идеологии и мировоззрении СССР от принятых ВОЗ были разные подходы в принципах и требованиях к разработке и внедрению в производство лекарственных препаратов.

Остановимся на анализе принципов создания лекарственного препарата в СССР, заложенных документом [5]. При этом мы исходим из того, что требования документа, введенного с 01.04.91 года [8], не успели сформировать устойчивой традиции у советских исследователей не по причине того, что он введен с первого апреля. Документ [8] представлял фактически компромиссный вариант представлений, принятых в СССР и в мире требований к разработке, испытаниям и внедрению в производство лекарственного препарата, т. е. это уже не требования [5], но еще и не приложение L к GMP [10]. Кстати, в этом же 1991 году были еще раз приняты правила GMP СССР.

Напомним, что в Европе уже в 1975 году были четко сформулированы требования к разработке лекарственного препарата, в частности, требования и факторы, влияющие на его биодоступность, безопасность и эффективность [9].

Вопреки мировым подходам, советские правила разработки лекарственного препарата делили этот процесс на два этапа:

  • поисковые исследования, включая доклиническое и клиническое изучение нового вещества (по сути молекулы);
  • положительные результаты клинических испытаний служили основанием для научно-технической разработки нового лекарственного средства (доработки или переработки лекарственной формы).

Тем самым фактически постулировалось, что все работы, связанные с научно-технической разработкой лекарственной формы — подбор поставщика субстанций, подбор (разработка) технологии ее получения, оборудования, организация производства и др., не влияют на биодоступность препарата, его безопасность и эффективность.

Концепция документа [5] фактически не учитывала достижений фармацевтической мысли середины 60-х годов о том, что свойства лекарства определяются не только молекулой (субстанцией), но и лекарственной формой. Поэтому качество препарата определялось исключительно показаниями спецификаций, приведенных во временных фармстатьях и Фармакопее.

Согласно правилам GMP для исследуемых лекарственных средств, изложенных в приложении L правил GMP [10], препарат для клинических испытаний нарабатывается по уже отработанной технологии с фиксацией поставщиков субстанций, технологии и ее контрольных точек. После клинических испытаний, при внедрении в производство, недопустимо вносить какие-либо изменения, которые потенциально могут повлиять на свойства препарата.

Из-за разных концептуальных подходов к определению понятия «качество лекарственного препарата» в GMP и документе [5], материалы по разработке лекарственного препарата (проекты временных фармакопейных статей, технологических регламентов, карт технического уровня и качества и др.) подвергались экспертизе базовыми организациями по показателям, условно отражающим безопасность и эффективность разрабатываемого лекарственного средства.

Согласно вышеупомянутому порядку, предприятие-изготовитель создавало промышленную установку, производило технологическую подготовку нового производства и изготовляло пять первых промышленных серий продукции. После их испытаний на соответствие фармакопейным статьям на конкретные лекарственные средства и общим статьям Государственной фармакопеи СССР, оформлялся акт внедрения в производство нового лекарственного препарата.

Экономические причины

Вероятно, главной экономической причиной, препятствовавшей внедрению GMP, было то, что фармацевтическая промышленность не относилась к приоритетным областям экономики СССР.

В СССР первоочередными были приоритеты промышленности, в первую очередь, так называемой группы А — производство средств производства (промышленность ради промышленности).

Группа Б — товары народного потребления, к непродовольственной группе которых относились лекарства, не обыла приоритетной. К сожалению, в плане приоритетов мало что изменилось и в независимой Украине.

В условиях дефицита средств во времена Союза получил широкое распространение принцип «мягких» требований к условиям производства на старых предприятиях, а жесткие требования преъявлялись к вновь строящимся, т. е. разместить новое производство на старом заводе было значительно проще и дешевле, чем строить новое. Вследствие существования «двойных стандартов», производственный потенциал фармацевтической промышленности концентрировался на морально и физически устаревших предприятиях.

Отказ от внедрения принципов GMP создал ряд направлений в фармацевтическом машиностроении. Например, кассетное вакуумное наполнение ампул инъекционных растворов по производительности намного превышает шприцевое наполнение и значительно дешевле, но с точки зрения принципов GMP приемлемость такой технологии для получения инъекционных лекарственных форм вызывает сомнение.

С другой стороны, поверхностное восприятие принципов GMP обусловило гипертрофированное внимание к «евроремонту»: «Помещения и оборудование — только одно из девяти требований GMP. Международные инспекции по контролю за фармпредприятиями отмечают, что наибольший процент ошибок и недостатков приходится на лабораторный контроль (15%), очистку оборудования (14%), валидацию и производственный контроль (13%), а также на ведение документации (11%). На здания и помещения приходится только 4% ошибок» [11].

Таким образом, больше половины недостатков в обеспечении качества лекарств относятся к организации производства, его культуре и производственной дисциплине, что не требует больших инвестиций.

В этом плане государственные требования к чистым помещениям, организации производства, потокам сырья и обслуживающего персонала и т. п. носят характер методических указаний, поэтому система стандартизации в этой части должна быть либо добровольной, либо эти требования должны считаться минимально необходимыми. С учетом этого предприятие разрабатывает свои стандарты операционных процедур (СОП), касающиеся соблюдения правил GMP. Пути их достижения являются предметом конкурентной состязательности и не могут быть одинаковыми для всех.

Это может означать, что многочисленные наработки и нормы, сформулированные для разработки препаратов, требований к материальной базе фармацевтических предприятий, производству отдельных лекарственных форм, оборудованию, персоналу и т. д. должны быть адаптированы. Это касается документов [12, 13, 14] и других, включая созданные уже в независимой Украине.

Подробнее об этих аспектах можно прочесть в работе [15], в части перечисления документов «формально не маркированных как дополнения к правилам GMP, но по существу с ними тесно связанных».

Заключение

Приведенный выше обзор причин непринятия принципов GMP был бы односторонним без анализа причин и оснований для заявления Минздрава СССР о его незаинтересованности во внедрении GMP [3].

Понятно, что внедрение GMP в СССР потребовало бы революционных преобразований в упомянутых выше идеологических и экономических принципах, что было не реально сделать в рамках Минздрава. Реалии сегодняшнего дня показывают, что даже в условиях, когда уже нет многих проблем, остается сильное сопротивление внедрению философии GMP. Одна из основных причин этого — традиции и культура кадров, многие годы проработавших в той системе. Парадокс заключается в том, что, как показано выше [5, 8], представления о лекарстве, на которых основывался наш научно-технический потенциал, отличались от принятых в мире, от них отказался и сам Союз накануне своего распада.

С другой стороны, в Советском Союзе не было GMP, но не было и проблем отравления лекарствами или массовой хронизации заболеваний, обусловленной неэффективными лекарствами.

Это объясняется радикальными изменениями в системе сегодняшнего здравоохранения по сравнению с советским. В СССР был свой подход к системе медицинского обслуживания населения, который нивелировал вероятность возникновения проблем у пациентов в связи с отсутствием GMP на отечественных предприятиях.

В этом плане можно выделить три основные составляющие:

1. Охват медицинским наблюдением и обслуживанием широких масс населения в СССР позволял оперативно реагировать на любые негативные явления. Кроме того, из-за дефицита лекарств распространенным был принцип эффективного использования сравнительно небольшого их ассортимента в схемах лечения.

Таким образом, организация медицинского обслуживания населения, позволявшая длительное лечение пациентов под наблюдением врача, компенсировала дефицит современных лекарств, появление которых на рынке связано с определенными рисками.

2. Второй фактор — инерционность и консерватизм разрешительной системы, которая не пропускала новые препараты на рынок. Не менее проблематичным было внедрение новых лекарств в производство.

Необходимо обратить внимание на факт существования в СССР порочного круга: трудно было предложить к разработке и внедрению новый препарат, если для него в СССР не было сырья «в объеме прогнозируемой потребности [16]» и соответствующего оборудования. Вероятно, поэтому в Союзе, по объективным причинам, не было практики широкого воспроизводства генериков, не создана методология их испытания и внедрения в производство, но весьма широкую поддержку получил принцип: комбинация старых препаратов — является новым препаратом.

Такие новые препараты, хотя и не давали радикальных изменений в лечебной практике, но были обеспечены сырьем, не создавали излишних хлопот предприятиям в плане нового оборудования и риска проникновения на рынок лекарственных средств с неустановленными побочными эффектами. Такая ситуация, естественно, консервировала не только уровень методологии испытаний препаратов, но и технологии лечебной практики, поскольку использование отечественных препаратов было первоочередным.

3. Структура рынка лекарственных препаратов в СССР.

По разным оценкам специалистов, в 80-е годы структура лекарственного обеспечения СССР, включая стационары, была примерно такой: до 25% лекарств экстемпорально изготовленных в аптеках (ответственность за эффективность и безопасность препарата брал на себя врач и фармацевт, и это относилось к одному или группе пациентов), около 30–35% импортных и до 45% отечественных лекарств, произведенных в промышленных условиях.

Среди импортеров была высокая доля предприятий, имеющих «западную» идеологию в отношении качества лекарств, прежде всего это касалось современных модифицированных лекарственных препаратов, для которых вопрос биодоступности был принципиальным.

Среди отечественного ассортимента особо выделялись антибиотики в плане достаточно жестких и высоких требований как к качеству, так и производству.

Как уже отмечалось, о GMP в государствах СНГ интенсивно заговорили в связи с тем, что у предприятий появилось желание выйти на зарубежные рынки, возникшие после 1991 года [3].

Кроме того, возникла непростая ситуация в плане конкуренции на внутреннем рынке, которая заставила одних заговорить о переходе на GMP, других — о возврате к плановой системе и квотированию.

Что касается проблем внутреннего рынка, качества лекарственных препаратов, их безопасности и эффективности, то в этом плане дискуссии не столь напряженные, т. е. есть вероятность реанимации двойных стандартов: что соответствует мировым стандартам — на экспорт, а что недотягивает до них — на внутренний рынок.

Стало очевидным, что с развалом советской системы здравоохранения исчезли факторы, нивелирующие вероятность проблем пациентов в связи с отсутствием в странах СНГ мировых стандартов лекарственного обращения. Взамен появились новые опасные для пациентов элементы, связанные со своеобразным переносом западных технологий продвижения лекарств на рынок и работы фармацевтических фирм с врачами, в частности вовлечение врачей в процесс распространения БАДов с использованием технологий «сетевого маркетинга».

Таким образом, произошли негативные изменения в области здравоохранения, сбалансированности этой системы, снизился уровень финансирования здравоохранения, усилился риск для здоровья населения от применения препаратов, произведенных не по правилам GMP.

Настораживает отсутствие специализации отечественных предприятий, например, по фармакотерапевтическим группам или другим признакам, которые бы определяли лицо предприятия. Основной принцип отечественных предприятий — делать все, что хорошо продается и только для внутреннего рынка, так как на экспорт с такими подходами путь заказан. Без выхода на любые внешние рынки (не обязательно ЕС, США и т. д.) не может существовать любая отрасль.

Повсеместно игнорируется то, к чему мировая фармация пришла в середине 60-х годов: терапевтические свойства лекарства определяются не только свойствами действующего вещества, но и физико-химическими свойствами лекарственной формы, которые зависят от технологии и оборудования. Зафиксировав терапевтические свойства препарата во время испытаний, правила GMP позволят сохранять их во время серийного производства.

Вероятно, в этом кроется причина того, что основные проблемы перехода на мировые стандарты переведены в две плоскости:

  • несоответствия системы стандартизации и регламентации лекарственных средств международным требованиям [17, 18];
  • инвестиционных проблем, которые зачастую носят надуманный характер и представлены в литературе в широком спектре — от «не следует бояться перехода на GMP и это не так уж дорого стоит, все зависит от правильности планирования» [19] до «переход на GMP не реален — требует огромных инвестиций» [20].

Переход на GMP влияет на весь комплекс проблем научно-технического уровня по всей цепочке: разработка, испытание и внедрение лекарственного препарата в производство, реализация и применение. В этом плане, действительно, для создания производства по мировым стандартам одного из самых наукоемких видов продукции нужны соответствующие инвестиции. Но значительно меньше тех, которые прогнозировались, основываясь на советских подходах к реконструкции [21].

Другой крайностью, как уже отмечалось ранее [3], является механическое переписывание директив Евросоюза и возведение их в статус законодательной базы стран СНГ. При этом игнорируется необходимость создания адекватной нормативной базы с учетом принципов обращения лекарств, принятых в мире.

Нам кажется, что многие специалисты, декларируя старые требования к лекарственному обращению или переписывая директивы ЕС, даже не задумываются об отсутствии базиса для выполнения этих требований.

Исходя из того, что переход на GMP не имеет альтернативы, актуальной проблемой остается стратегия и тактика этого перехода.

Что касается стратегии, мы высказали свое мнение ранее [1], предметом дальнейших обсуждений будет тактика перехода, затрагивающая ломку стереотипов при их решении. В первую очередь, готовятся отдельные публикации по следующим вопросам:

1. Инвестиционные и социальные аспекты перехода отрасли на международные стандарты обращения лекарств.

Намерены показать, что предприятия, которые сегодня вплотную занимаются переходом на GMP, были поставлены законодательством в равные условия с другими, при равных технических возможностях, ассортименте и ценах. Однако, имея разный менеджмент, они показали за последние годы рентабельность своего производства в два раза выше, чем те, которые работают по-старому и просят государственной поддержки, т. е. проблема инвестиций частных предприятий — проблема их собственников.

Проанализируем, что кроется за старым лозунгом защиты отечественного производителя в условиях, когда бывшее народное хозяйство уже приватизировано. Что мы хотим защитить? Уровень жизни населения страны, в первую очередь пациента, или прибыль собственника от затрат на финансирование социальных проблем государства, в первую очередь здравоохранения, образования, науки и т. д.

Например, СССР нам оставил большой научный потенциал и высококвалифицированных специалистов: врачей, фармакологов, фармацевтов, химиков, микробиологов и т. д. Система его поддержки на должном уровне рухнула вместе с Союзом, а новой системы, которая сделала бы востребованным упомянутый потенциал сегодняшними собственниками,— не создано.

Таким образом, затягивание перехода на GMP чревато последствиями для здоровья нации не только в плане генофонда, но и интеллектуального потенциала.

Актуальность анализа инвестиционных и социальных аспектов определяется резкой дифференциацией интересов и менеджмента упомянутых собственников, часть которых готова работать по международным правилам с учетом современных аспектов социальных проблем. Но не секрет, что большая часть собственников все же и далее намерена эксплуатировать старые лозунги и традиции, ухудшая общий уровень жизни населения.

2. Делается анализ факторов, влияющих на качество лекарственного средства в разрезе советской системы стандартизации и международных правил. Непонимание из-за традиционных подходов к этим аспектам приводит к появлению эвристических идей формулирования альтернативы перехода на правила GMP [22].

3. Рассмотрение тактики перехода на GMP в разрезе имеющегося ассортимента лекарственных средств согласно их классификации с формулированием требований и уточнением материальных, организационных аспектов к производству и регистрационному досье. Примером такого подхода может быть политика бывшей ГДР после воссоединения Германии в области обращения лекарств.

4. Анализ законодательства, его гармонизация, прежде всего с Конституцией Украины, и тенденций его изменения и реальных последствий. Обращает внимание опасная тенденция: в Украине, которая в ближайшие десять лет не будет членом ЕС, под лозунгом гармонизации с директивами ЕС не выполняется национальное законодательство. Тоже можно сказать о регуляторной политике государства, в разрезе лозунгов и традиций системы, о которой шла речь выше.

Без уяснения приведенных аспектов существует большая вероятность того, что история внедрения GMP в независимой Украине повторит таковую в СССР, но с более неприятными последствиями, и это — предмет дальнейших публикаций.

Литература

  1. Стефанов А. В., Чумак В. Т., Бухтиарова Т. А. К стратегии внедрения правил GMP в странах СНГ — иллюзии и реалии // Провизор.— № 23.— 2003.
  2. Основные требования к организации производства и контролю качества готовых лекарственных средств», РТМ 64–7–81–74, Министерство медицинской промышленности СССР 1974 г.
  3. Мешковский А. П. // Ремедиум.— 2004.—№ 1–2.
  4. Мешковский А. Что бы сказал Козьма Прутков о GMP? // Фармацевтический вестник.— 2000.— № 48 (199).
  5. Порядок организации работ по созданию и промышленному освоению новых лекарственных средств на предприятиях и в организациях министерства медицинской промышленности. Основные положения. ОМУ 64–33–81, М. Минмедпром, 1981 г.
  6. Система разработки и постановки продукции на производство (общие положения). ГОСТ СССР 15.000–82
  7. «Надлежащая производственная практика GMP». ОНД 01.001.98 GMP, утвержден приказом Госкоммедбиопрома 19.11.96 № 117.
  8. «Порядок организации работ по созданию и промышленному освоению новых лекарственных средств, основные положения», методические указания, РД-64–107–90, Медпром СССР, М. 1990 г.
  9. «Аналитические, фармако-токсикологические и клинические стандарты и протоколы, относящиеся к испытаниям лекарственных препаратов». Приложение к директиве 75/318 ЕС, принятой 20.05.75 г. и вошедшим в приложение 1 к директиве 2001/83 ЕС от 6.11.01г.
  10. «Лекарственные средства. Надлежащая производственная практика». Минздрав Украины, 2001 г.
  11. Громова Л. И., Буракова М. А. От контроля качества — к управлению качеством продукции // Фармацевтические производители.— 2001.— № 3 (17).
  12. «Сборник руководящих нормативных документов (инструкций) по предупреждение микробной обсемененности нестерильных лекарственных средств в процессе их производства, хранения и транспортировки» РДИ 64–28–84, РДИ 64–29–84, РДИ 64–30–84, РДИ 64–31–84, Минмедром СССР 1984 г.
  13. «Организация и контроль производства лекарственных средств в асептических условиях». (МУ 64–3–74–83-МУ 64–3–100–83), Минмедпром СССР 1984 г.
  14. Инструкция «Классификация помещений для производства нестерильных лекарственных средств по содержанию микроорганизмов в воздухе». РДИ 64–029–87, Минмедбиопром СССР 1987 г.
  15. Мешковский А. Отечественные правила GMP: сравнение с международными требованиями // Фармацевтический вестник.— 2000.— № 48.
  16. «Содержание, порядок разработки и оформление технико-экономического обоснования создания нового лекарственного средства (лекарственного препарата)». РДМУ 64–106–90, Минмедпром СССР 1990, взамен МУ 64–27–77.
  17. Крючкова П. В., Шаститко А. Е. О реформе технического регулирования» Бюро экономического анализа 2003 г. // www.webapteka.ru
  18. Завидова С. Плюс стандартизация всей страны // Фармацевтический вестник.—2001.— № 32.
  19. Устинова И. GMP: когда экономия дороже затрат // Ремедиум.— 2000.— № 1–2.
  20. Гетьман М. А. Миллиарды для диктатуры GMP, или Сказки про белого бычка // Фармацевтический вестник.— 2003.— № 15.
  21. Чумак В. Основные итоги работы отрасли за 1997 год и основные направления работы производств предприятий Госкоммедбиопрома // Ліки України.— 1998.— № 1.— С. 2–17.
  22. Хомяков Г. В. Инвестиции и перспективы развития ведущих украинских производителей лекарственных средств в 2003 г. // Провизор.— 2003.— № 18.




© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика