Логотип журнала "Провизор"








О пользе иммунограммы, о будущем вакцинации и о Центре иммунопрофилактики и иммунореабилитации

Л. В. Львова,
канд. биол. наук

Что делали государства, желавшие оставаться независимыми?
Они создавали мощные армии.
Что должен сделать человек, желающий оставаться здоровым?
Он должен позаботиться об иммунной системе.

И. Н. Бондаренко

О пользе иммунограммы

Насколько успешно иммунная система справляется со своими «функциональными обязанностями» по защите человека от всяческих неблагоприятных факторов? Способна ли она противостоять постоянным атакам различных патогенных микроорганизмов и поддерживать постоянство внутренней среды организма? Какими силами (т. е. клетками и молекулами) она располагает и каково их соотношение? Ответ на эти и на многие другие вопросы иммунолог получает после расшифровки результатов целого ряда исследований, объединенных понятием «иммунограмма».

Чаще всего объектом исследований является кровь. Если нужны дополнительные сведения о состоянии местной защиты слизистых оболочек, необходимые исследования проводятся на слизи носоглотки, слюне или слезной жидкости. Если же особый интерес вызывает нервная система, на исследование берут спинномозговую жидкость.

Дееспособность иммунной системы, как известно, во многом зависит от состояния ее «лейкоцитарного воинства», комплектующегося за счет гранулоцитов, моноцитов и лимфоцитов, которые по мере созревания клеток-предшественников поступают в кровь из костного мозга. Этим сходство между ними, пожалуй, и ограничивается. Жизненный цикл у каждого типа клеток свой собственный. Да и функции у них различные.

Гранулоциты, к примеру, до конца жизни обитают в кровяном русле, покидая его лишь для того, чтобы направиться к очагу инфекции или воспаления.

Моноциты, проведя в кровяном русле какое-то время, превращаются затем в долгоживущие тканевые макрофаги. Лимфоциты в течение всей своей жизни пребывают в вечном движении: из крови переходят в лимфу, оседают на какое-то время в селезенке или лимфоузлах, чтобы потом возвратиться в кровь.

Определение численности «лейкоцитарного воинства» иммунологи после предварительного лизирования эритроцитов осуществляют в специальной счетной камере под микроскопом. Для оценки качественного состава «воинства» на предметном стекле из крови готовят мазок и окрашивают его анилиновыми красителями, прокрашивающими клеточные ядра и цитоплазму.

Тип гранулоцитов (или, как их еще называют, полиморфно-ядерных клеток) легко идентифицировать по окраске гранул, присутствующих в цитоплазме. (У эозинофилов гранулы красные, у базофилов — синие, у нейтрофилов — фиолетовые.)

Моноциты и лимфоциты, являясь мононуклеарами, имеют одно большое ядро, занимающее большую часть клетки. Вся разница в том, что у моноцитов ядра более крупные, напоминающие формой бобы, и цитоплазма серо-голубого цвета. Лимфоцитам же свойственны круглые плотные ядра и узкий ярко-синий ободок из цитоплазмы. Словом, просмотр ста окрашенных лейкоцитов позволяет определить процентное содержание различных типов лейкоцитов.

Но для полной количественной характеристики армии лимфоцитов этих данных недостаточно, поскольку обе популяции лимфоцитов хотя и выглядят под микроскопом совершенно одинаково, функции имеют различные: В-лимфоциты после встречи с «чужаком» превращаются в плазматические клетки и начинают продуцировать антитела, тем самым защищая организм от бактерий и их токсинов; Т-лимфоциты участвуют в регуляции иммунного ответа и отвечают за обеспечение защиты организма от вирусов, грибов и некоторых бактерий. Кроме того, Т-лимфоциты выступают в роли «службы внутренней безопасности» организма, надзирающей за правильностью развития всех видов клеток.

Оценить численность каждой популяции помогают различия в строении поверхностных мембран Т- и В-лимфоцитов. В частности, Т-лимфоциты человека несут на мембране рецептор, связывающий эритроциты барана. По этой причине Т-лимфоциты, соединяясь с эритроцитами барана, образуют так называемые розетки, хорошо различимые под микроскопом. В-лимфоциты аналогичные розетки образуют с эритроцитами мышиной крови. Нетрудно догадаться, что для оценки процентного соотношения Т- и В-лимфоцитов достаточно подсчитать процентное содержание розеткообразующих лимфоцитов для обоих вариантов.

При желании и наличии флуоресцентного анализатора клеток можно воспользоваться более современным и более надежным методом определения популяционного и даже субпопуляционного состава лимфоцитов. Главное, что для этого необходимо — широкий набор моноклональных антител, включающий антитела против белковых компонентов клеточных мембран естественных киллеров, Т- и В- лимфоцитов, Т-хелперов (CD4+) и цитотоксических Т-лимфоцитов (CD8+). Остальное — дело техники: если предварительно меченные моноклональные антитела соединить с каплей крови и пропустить пробу через флуоресцентный анализатор, то специальный детектор зарегистрирует каждую светящуюся клетку, а прибор автоматически обработает полученную информацию и выдаст результаты в виде гистограммы (т. е. графика распределения клеток с разной интенсивностью свечения).

Однако дееспособность иммунной системы зависит не только от численности тех или иных лейкоцитов, но и от способности дать адекватный ответ при встрече с микроорганизмами и их антигенами. Учитывая это обстоятельство, иммунологи прибегают к проверке функциональной активности лейкоцитов. Степень фагоцитарной активности гранулоцитов и моноцитов оценивается по их способности захватывать и переваривать тест-объекты — стандартные микрочастицы или убитые бактерии. Лимфоциты на встречу с антигеном обычно отвечают пролиферацией, связанной с интенсивным синтезом ДНК. Поэтому при определении их функциональной полноценности к мононуклеарам крови добавляется какой-нибудь стандартный митоген (например, бактериальный липополисахарид) и по приросту включения клетками меченого предшественника ДНК — 3Н-тимидина оценивается усиление синтеза ДНК.

Надо заметить, что оценка активности пролиферативного ответа не единственный способ проверки функциональной полноценности лимфоцитов. Учитывая, что продукция и секреция цитокинов является их важнейшей функцией, информацию о функциональной полноценности мононуклеаров можно получить, оценив их способность продуцировать интерлейкины и интерфероны. Для В-лимфоцитов в качестве одного из показателей функциональной полноценности выступает количество иммуноглобулинов разных классов в сыворотке крови и других биологических жидкостях. Этот же показатель отражает и состояние всей системы регуляции гуморального иммунного ответа.

На сегодняшний день для определения количества иммуноглобулинов отдельных классов (т. е. IgA, IgG, IgM, IgE) широко применяется метод иммуноферментного анализа (ИФА), основанный на высокой избирательности и специфичности реакций «антиген/антитело» и выгодно отличающийся от других методов:

  • высокой чувствительностью (благодаря способности одной молекулы фермента катализировать превращение большого количества субстрата, ИФА позволяет обнаружить мизерные количества иммуноглобулинов, до 0,05 нг/мл);
  • возможностью использовать минимальные объемы исследуемого материала;
  • простотой проведения реакции;
  • стабильностью ингредиентов, необходимых для проведения ИФА (их можно хранить более года);
  • наличием в качественном и количественном вариантах как инструментального, так и визуального учета;
  • возможностью автоматизации всех этапов реакции;
  • экологической чистотой и безопасностью для медицинского персонала;
  • относительно низкой стоимостью диагностических наборов.

Объективности ради нельзя не заметить, что определением иммуноглобулинов разных классов возможности ИФА не исчерпываются. Метод иммуноферментного анализа можно использовать в диагностике инфекционных и аутоиммунных заболеваний для определения гормонов, онкомаркеров, факторов роста и цитокинов.

Кстати, о цитокинах. Когда выяснилось, что именно они являются пусковым механизмом иммунной реакции, в фармацевтической индустрии начался бум: по прогнозам западных экспертов к 2010 году синтетические интерлейкины займут лидирующие позиции на рынке лекарственных средств. Но синтетические цитокины — роскошь, доступная богатым западным странам: очень уж дорого обходится их получение. Поэтому украинские ученые выбрали другой путь — индивидуальное лечение больного его же собственными цитокинами. Выбор оказался правильным: применение аутоцитокинов, мало того, что на порядок снизило стоимость лечения, позволило избежать побочного действия, которое нередко наблюдается при использовании синтетических аналогов (Т. П. Шамшонкова, И. Н. Бондаренко и соавт. Патент Украины на изобретение от 20.05.1997 № 17733).

Но вернемся к методу иммуноферментного анализа.

Суть метода состоит в следующем.

В лунки пластикового планшета с адсорбированными на их поверхности специфическими антигенами добавляется исследуемая сыворотка. В случае наличия в сыворотке антител (эти антитела называются первыми) к данным антигенам, во время инкубации происходит взаимоузнавание с последующим образованием комплексов «антиген/антитело».

После отмывки лунок от несвязавшихся (а следовательно, неспецифических) агентов в каждую лунку добавляются так называемые вторые антитела, т. е. антитела против определяемых иммуноглобулинов с «пришитым» к ним активным ферментом (например, пероксидазой хрена). Во время инкубации первые и вторые антитела взаимоузнают друг друга, в результате чего в лунках образуются структуры типа «сэндвич».

После отмывки лунок от несвязавшихся вторых антител туда добавляют бесцветный субстрат (например, перекись водорода) к «пришитому» ферменту (например, пероксидазе хрена). Под воздействием фермента субстрат превращается в окрашенный продукт, количество которого, прямо пропорциональное содержанию в сыворотке первых антител, определяется на фотометре. (Чтобы убедиться в правомочности такого подхода, достаточно вспомнить, что количество окрашенного продукта прямо пропорционально количеству фермента в лунке, а значит, количеству конъюгата в «сэндвиче» и что количество конъюгата прямо пропорционально количеству комплексов «антиген/первое антитело».)

Совокупность результатов всех вышеописанных исследований, характеризующих количество и функциональную активность различных популяций лейкоцитов, количество иммуноглобулинов разных классов, уровень отдельных цитокинов, и составляют иммунограмму.

При расшифровке иммунограммы прежде всего нужно выяснить, укладывается ли каждый конкретный показатель в «нормальный» интервал. (Интервал колебаний того или иного показателя в норме определяется по результатам обследования больших групп здоровых людей.)

Если, к примеру, один или несколько показателей иммунограммы оказывается ниже нормы, то, как утверждают иммунологи, это еще не свидетельствует о наличии иммунодефицита. Выявленные изменения могут быть временной реакцией на какое-то внешнее воздействие. Исследования следует повторить через две-три недели и только затем делать окончательные выводы.

Снижение защиты организма имеет различные проявления.

Например, снижение численности и функциональной активности фагоцитирующих клеток крови отмечается у больных с хроническими нагноительными процессами. У больных СПИДом обнаруживается дефект Т-лимфоцитов: вирус иммунодефицита человека избирательно поражает Т-хелперы, что в конечном итоге приводит к снижению численности Т-лимфоцитов и общей лимфоцитопении. Уменьшение количества Т-хелперов, участвующих в регуляции иммунного ответа на инфекции и опухолевый рост,— прямой путь к развитию инфекций и опухолей (от которых обычно и погибают больные СПИДом.) Нарушение же нормальных соотношений субпопуляций Т-лимфоцитов является самым ранним признаком СПИДа.

На острые воспаления и острые инфекции иммунная система отвечает повышением уровня лейкоцитов в крови. При бактериальных инфекциях в крови появляются незрелые формы гранулоцитов с палочковидными ядрами. При вирусных инфекциях в крови возрастает численность лимфоцитов, выполняющих защитные функции в противовирусном иммунитете. При инфекционных заболеваниях благоприятным прогностическим признаком считается нарастание в крови уровней IgG и IgM, свидетельствующее об активном иммунном ответе на антигены возбудителя. При аутоиммунных заболеваниях повышение уровней тех же самых иммуноглобулинов, напротив, рассматривается как неблагоприятный прогностический признак нарастающей продукции аутоантител к собственным антигенам организма.

Короче говоря, однозначно трактовать иммунограмму невозможно. Но она помогает обнаружить имеющийся иммунологический дефект и при необходимости провести соответствующую иммунокоррекцию. К тому же, с учетом динамики иммунограмм, более целенаправленным становится лечение инфекционных и аллергических заболеваний.

О будущем вакцинации

По статистике от болезней, которые гарантированно предотвращаются вакцинацией, в мире ежегодно погибает более 4 млн детей. Каждый год 7,5 млн детских жизней уносят заболевания, от которых пока нет надежных вакцин, и 12 млн детей гибнет от инфекций, потенциально управляемых методами иммунопрофилактики.

За последнее двадцатилетие ученым удалось не только улучшить свойства существующих вакцин, но и создать совершенно новые. Одна из таких вакцин — вакцина против болезни Лайма (заболевания, хоть и довольно редкого, но без своевременно проведенной антибиотикотерапии чреватого поражением сердца, суставов и нервной системы) была зарегистрирована в 1999 году в США.

В отличие от всех прочих вакцин, препятствующих развитию заболевания, новая вакцина защищает от заражения.

Дело в том, что возбудители болезни Лайма — спирохеты-боррелии — проникают в организм человека при укусе клеща, непосредственно из его слюнных желез: до укуса спирохеты обитают в кишечнике насекомого. Антитела, появляющиеся в крови после вакцинации, препятствуют миграции боррелий и тем самым защищают человека от инфицирования.

В ближайшие годы специалисты рассчитывают на появление эффективных вакцин против пневмококковой и менингококковой инфекции. Завершается работа над вакциной от хеликобактериоза, особо распространенного в странах с низким гигиеническим уровнем жизни, да и в развитых странах встречающегося нередко. (По статистике в развитых странах хеликобактериозом заражены от 20–40% подростков и от 50 до 60% взрослого населения). В общей сложности сегодня в мире разрабатывается около пятисот вакцин. И не только от инфекций. К кандидатам для иммунопрофилактики ученые причисляют слепоту и рак шейки матки, коронарную болезнь сердца и ревматизм, рассеянный склероз и шизофрению, сахарный диабет и аллергию. Некоторые исследователи предлагают бороться с рассеянным склерозом, онкологическими заболеваниями и аллергией к арахису при помощи генных вакцин. Но это в перспективе. Пока иммунный ответ примерно на сорок вирусных, бактериальных, грибковых и паразитарных возбудителей был получен только в опытах на животных.

В последнее время исследователи увлеклись созданием «съедобных вакцин» — генетически модифицированных растений, способных продуцировать антигены тех или иных микроорганизмов.

Первая такая вакцина — трансгенное табачное растение, продуцирующее поверхностный антиген вируса гепатита В, будучи скормленным подопытным животным, вызвало у них мощный иммунный ответ. Несколькими годами позже появились еще две «съедобные вакцины» — противохолерная (т. е. картофель, в геном которого был встроен ген субъединицы В холерного токсина) и противокоревая (аналогичная, полученная на табаке). И та, и другая прекрасно зарекомендовали себя в опытах на животных: после кормления трансгенным картофелем у мышей вырабатывался иммунитет к холере, а после кормления табаком — к кори.

Следующая «съедобная вакцина» была испытана на одиннадцати добровольцах. У десяти из них после поедания 100 г сырого картофеля, геном которого содержал встроенный ген патогенной кишечной палочки, в слизистой кишечника начали вырабатываться антитела к этой бактерии.

Сейчас проходят испытания «картофельные» вакцины к гепатиту В и к вирусу Нюарк (возбудителю диареи).

Что касается так называемой пассивной иммунизации (т. е. введения в организм антител к тому или иному возбудителю), то и здесь есть определенные успехи.

В частности, «табачные» антитела к стрептококку неплохо проявили себя в иммунопрофилактике кариеса. А местное применение «соевых» антител к герпесвирусу второго типа, вызывающего заболевание половых органов, предотвратило инфицирование мышей.

К сожалению, «съедобные вакцины» нельзя жарить или варить. Посему адепты этого направления работают над «выращиванием» вакцин на более подходящих объектах (к примеру, на бананах). Но как определить сроки созревания вакцин? Как они будут переносить кислую среду желудка и длительное хранение? Как дозировать вакцины и что будет, если ребенок съест лишний банан? На все эти вопросы тоже нужно ответить.

Если говорить о менее экзотических вакцинных препаратах, то здесь, на взгляд специалистов, перспективно создание вакцин-леденцов и вакцин-пластырей. Приготовление вакцин-леденцов стало возможно с появлением «леденцовой» технологии, предполагающей использование дисахарида трегалозы.

Одна из особенностей трегалозы — ее способность при охлаждении насыщенного раствора постепенно переходить в состояние леденца и тем самым защищать и сохранять белковые молекулы. (Да так надежно, что червь, высушенный в трегалозе, после 23 лет хранения в таком виде, как только на него капнули водой, сразу же ожил.)

Использование «леденцовой» технологии для сохранения вакцин заманчиво по двум причинам. Во-первых, за счет сокращения расходов на транспортировку и хранение должна снизиться стоимость вакцинных препаратов. Во-вторых, с помощью трегалозы можно будет создать новые формы. К примеру, быстрорастворимые вакцинные порошки для ингаляции или подкожного введения. Дело за малым — найти методы массового производства трегалозы.

Вакцины-пластыри особо привлекательны, когда речь идет об антигенах, слишком токсичных для подкожного или внутримышечного введения.

К примеру, о субъединице В холерного токсина. Кожный пластырь, пропитанный токсином, токсического действия не вызывает. Всасываясь в кожу, токсин активирует дендритные клетки Лангерганса. Клетки Лангерганса предъявляют антиген иммунокомпетентным клеткам, и в результате в организме развивается мощный иммунный ответ. Если же в пластыре помимо холерного токсина присутствует и другой вакцинный антиген, то в отношении него тоже сформируется мощный иммунный ответ, что само по себе достаточно заманчиво.

О Центре иммунопрофилактики и иммунореабилитации

В 2000 году в Харькове на базе Института микробиологии и иммунологии им. И. Мечникова был создан Центр иммунопрофилактики и иммунореабилитации, сотрудниками которого стали ведущие специалисты института.

Это, по словам медицинского директора центра, кандидата медицинских наук Андрея Юрьевича Волянского, позволило на должном уровне проводить бактериологические, вирусологические и иммунологические исследования.

Бактериологические исследования дают возможность не только выявить возбудителей инфекции, но и определить их чувствительность к антибиотикам, что, естественно, повышает результативность лечения. К слову, по наблюдениям специалистов центра, бывает, что бактерии оказываются резистентными к нескольким десяткам антибиотиков. Что касается вирусных инфекций, то и здесь есть свои сложности. К примеру, генитальный герпес, зачастую являясь результатом инфицирования несколькими разновидностями вируса простого герпеса, трудно поддается лечению. Тем не менее, благодаря применению оригинальной методики лечения, с рецидивом заболевания все же удается справиться.

От иммунологических исследований польза, как говорится, двойная. Во-первых, показатели иммунограммы можно использовать в качестве прогностических маркеров заболеваний. Во-вторых, учет динамики иммунограммы в процессе лечения позволяет повысить эффективность терапии как инфекционных, так и аллергических заболеваний.

Если говорить об иммунопрофилактике, то против дифтерии, коклюша, столбняка, полиомиелита, гепатита В, краснухи, кори, эпидемического паротита здесь осуществляется как плановая вакцинация, предусмотренная календарем прививок Украины для различных возрастных групп детей и подростков, так и вакцинация по эпидемическим показаниям. В случае необходимости в центре можно сделать прививку от гепатита А, гриппа, и даже от желтой лихорадки. Но, пожалуй, главное не это, а индивидуальный подход к вакцинации. Благо, все возможности для этого есть. В случае необходимости специалисты могут по иммунограмме определить напряженность иммунитета и сделать тест in vitro на реакцию с вакциной.

И последнее. Если поначалу в центр иммунопрофилактики и иммунореабилитации обращались харьковчане, то сейчас сюда приезжают за помощью из многих крупных городов Украины и России.





© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика