Логотип журнала "Провизор"








Эндокринная паталогия меняет обличье

Л. В. Львова, канд. биол. наук

В 1919 году в Харькове — тогдашней столице Украины — был основан Институт фармакотерапии эндокринных заболеваний, ставший первым институтом такого профиля на территории бывшего СССР. С 1999 года за институтом официально закреплен статус Координационного центра Левобережной Украины. Сегодня здесь изучаются теоретические и практические аспекты эндокринной патологии, разрабатываются методы ранней диагностики и лечения эндокринных заболеваний, создаются новые лекарственные препараты.

О некоторых особенностях эндокринной патологии

(из рассказа заведующей отделением общей эндокринологии, канд. мед. наук Ноны Александровны Кравчун)

В последнее время характер эндокринной патологии изменился. Заболевания, как правило, имеют торпидное течение. Значительно чаще, чем раньше отмечаются случаи сочетанной эндокринной патологии. (Кстати, это и стало одной из основных причин недавнего преобразования отделения патологии щитовидной железы, просуществовавшего ни много, ни мало — четверть века в отделение общей эндокринологии.)

Еще одна особенность эндокринной патологии — рост аутоиммунных тиреоидитов. Что именно запускает патологический механизм и заставляет иммунную систему «пожирать» свой собственный организм, вырабатывая антитела к тиреоидному гормону — непонятно. Но статистика поистине ужасающая. В 1995 году из 100 тыс. жителей Харьковской области аутоиммунным тиреоидитом страдали 93,8 человек. Через четыре года (т.е. в 1999 году) число больных возросло более чем в два раза и составило 206,7 человек.

Любопытно, что антитиреоидные тела, обнаруженные в крови беременной женщины, «сигнализируют» врачу о двойной опасности: во-первых, о возможности развития тиреоидных нарушений в послеродовом периоде у матери и, во-вторых, о высокой вероятности возникновения патологии щитовидной железы у ребенка (особенно в период полового созревания).

В группу риска входят и дети, рожденные от родителей, постоянно контактировавших с нитратами. У таких детей аутоиммунный тиреоидит отличается большей выраженностью аутоиммунного процесса на фоне нарушения адаптивно-защитных реакций и снижения активности антиоксидантной системы защиты организма.

Но неблаговидная роль нитратов не ограничивается инициацией аутоиммунных заболеваний щитовидной железы: под их влиянием может реализоваться и наследственная склонность к сахарному диабету.

Как выяснилось, аутоиммунные заболевания щитовидной железы могут указывать на наличие полиэндокринного синдрома. По этой причине для своевременного выявления доклинических стадий поражения специалисты института рекомендуют проводить скрининг состояния других эндокринных желез.

Справедливости ради надо заметить, что в качестве маркеров гестагенных тиропатий могут выступать не только антитиреоидные антитела. Наследственность, отягощенная эндокринными заболеваниями, и неблагоприятный акушерский анамнез тоже могут свидетельствовать о нависшей над ребенком угрозе развития подобной патологии.

Интересно, что для выявления наследственной предрасположенности к тому или иному эндокринному заболеванию в институте используют два не совсем привычных для традиционной медицины метода диагностирования — дерматоглифику и иридодиагностику.

По кожному рисунку руки еще древние целители могли судить о здоровье пациента, но секрет этого метода был утрачен. И только в 30-х годах ХХ века некоторые исследователи начали серьезно изучать взаимосвязь между кожным рисунком руки и различными болезнями. Со временем появилась международная номенклатура, согласно которой на дерматоглифах (т. е. кожных узорах) ладони различают направление главных ладонных линий (индекс Камминса), узоры межпальцевых промежутков, осевые и гипотенарные трирадиусы, дефектные узоры в области тенара, дисплазии папиллярных линий и другие знаки. По этим знакам врачи-специалисты и обнаруживают многие наследственные заболевания задолго до их клинического проявления.

Строгого научного обоснования информативной функции кожи ладоней пока не существует и каким образом происходят изменения конфигурации ладонной поверхности при том или ином заболевании, тоже совершенно неясно. Возможно, что здесь какую-то роль играют проекционные связи ладонной области с VII-м и VIII-м шейными спинномозговыми сегментами, а следовательно, и с центром особой зоны шеи — средоточием многих чувствительных и вегетотрофических рецепторов. Кисти рук и ладони являются как бы периферическим филиалом шейного утолщения спинного мозга со всеми вытекающими отсюда диагностическими возможностями.

Иридодиагностика зародилась давным-давно, в XІV веке до нашей эры. Именно тогда, во времена правления Тутанхамона, жил в Древнем Египте жрец по имени Ел Аксу, снискавший славу первого иридодиагноста. Но это не единственная его заслуга: с Ел Аксу историки связывают распространение глазной диагностики из Египта в другие регионы Земли. А до наших дней дошли металлические пластины с цветными изображениями радужки глаза и описание иридодиагностики, уместившееся на двух листах папируса.

Современный этап иридодиагностики начался во второй половине XIX века. J. Peczeli первый доказал, что каждому органу и участку тела соответствует определенный сегмент в радужке глаза. В результате его многолетних наблюдений появилась первая в мире схема проекционных зон радужки, а затем и книга под названием «Открытие в области природы и искусство лечения».

Почти одновременно с J. Peczeli, но независимо от него в этой же области работал еще один исследователь — N. Liljeguist. Он не только доказал, что в радужке можно увидеть органические дефекты органов, но и ввел в этот древнейший метод диагностирования цветной анализ. А свой богатый практический опыт, включающий множество новых, ранее неизвестных признаков распознавания болезней по радужке N. Liljeguist обобщил в монументальном труде «Диагноз по глазу».

В ХХ веке метод иридодиагностики «взяли на вооружение» врачи многих стран. Сравнительно недавно иридология пришла и в Украину. Центром отечественной иридологии стала лаборатория нетрадиционных методов исследования при Институте экспериментальной онкологии им. Кавецкого. На базе этой лаборатории переквалифицировалась Ирина Михайловна Ильина, опытный клиницист, кандидат медицинских наук. Она-то и рассказала автору статьи о возможностях иридодиагностики.

Как и любой другой метод, иридология не всесильна: радужка не может «рассказать» врачу о перенесенных пациентом операциях, по ней нельзя диагностировать доброкачественные опухоли. Тем не менее, иридодиагностика обладает многими достоинствами.

Прежде всего, это неинвазивный и совершенно безвредный метод обследования: для исследования радужки врач-иридолог использует самую обычную щелевую лампу офтальмолога. С помощью этого немудреного приспособления по радужке можно диагностировать органическую патологию и функциональные нарушения, определить конституциональные особенности пациента (проще говоря, предрасположенность к тому или иному заболеванию) и предсказать характер течения данной болезни у данного больного. Словом, по радужке опытный специалист может узнать много интересного о состоянии организма пациента. А такая информация очень нужна врачу, и особенно врачу-гомеопату. Взять хотя бы заболевания щитовидной железы, лечением которых Ирина Михайловна занимается не первый год.

При аутоиммунных заболеваниях щитовидной железы 8–12-месячный курс лечения гомеопатическими препаратами, подобранными с учетом конституциональных особенностей больного, приводит к длительному стойкому улучшению его состояния. А при гипертиреозе, сочетающемся порой с жесточайшей аллергией к мерказолилу, гомеопатия просто незаменима. Прием гомеопатических средств избавляет пациента от аллергии, и при необходимости он может безбоязненно возобновить прием мерказолила — нежелательных осложнений уже не будет.

Эпифиз: информация к размышлению

Эпифиз (он же пинеальная железа, он же шишковидная железа) занимает далеко не последнее место в системе нейроэндокринной регуляции. Об этом свидетельствуют результаты исследований, проведенных в Институте фармакотерапии эндокринных заболеваний.

Как выяснилось, между тиреоидными гормонами и синтезом гормона пинеальной железы — мелатонина — существует обратная связь, характер которой зависит от времени суток. Кроме того, мелатонин способен оказывать гиполипидемическое действие, замедлять свободно-радикальные процессы и перекисное окисление липидов. Причем ночью все эти способности мелатонина выражены наиболее ярко.

И мелатонин, и эпиталамин — препараты пинеальных пептидов — способны влиять на тиреоидную функцию щитовидной железы. К тому же, в зависимости от режима освещения, и тот, и другой могут оказывать либо стимулирующее, либо ингибирующее действие. Пинеальная железа играет важную роль в системе адаптации организма к стрессу. С одной стороны, в зависимости от стадии адаптации к стрессу изменяется фаза реакции мелатонинпродуцирующей функции пинеальной железы и это, естественно, отражается на характере взаимоотношений эпифиза и щитовидной железы. С другой стороны, эпиталамин способен предотвратить нарушения эпифизарно-тиреоидной системы, вызванные стрессом.

Магистральное направление

Создание биологически активных соединений с гормональным, гормоноподобным и антигормональным действием — одно из основных направлений деятельности института. И сделано в этом направлении немало. Благо, структура лабораторий позволяет проводить весь комплекс работ — от синтеза соединений, скрининга и доклинического изучения до обоснования гигиенических нормативов в различных средах и внедрения препаратов в производство.

Благодаря открытию новой реакции 13-b—13-a изомеризации 17-кетостероидов андростанового и эстранового ряда, у исследователей появилась возможность синтеза оригинальных соединений с антиандрогенным и антигенным действием. Разработана универсальная технология получения дегидростерона с использованием стероидов-предшественников. Открыты новые классы нестероидных антиандрогенов (арил-(диметокси)-изоиндолинони) и гетероциклических соединений с тиростатическим действием и разработаны оригинальные методы их синтеза. Синтезированы новые йодобензоил- и йодофенацилпроизводные 5-фторурацила с антиканцерогенным действием на опухоли щитовидной железы. Разработаны методы синтеза фторпроизводных стероидных оксикетонов — потенциальных средств для лечения гормонозависимых опухолей различной локализации. Впрочем, перечень достижений был бы неполным без упоминания четырех оригинальных лекарственных средств, созданных на основе биологически активных соединений, синтезированных в институте. Все препараты (т. е. фенсукцинал, уфибрат, эстразин и суфан) защищены патентами России и Украины.

Фенсукцинал — представитель принципиально нового класса антидиабетических соединений (подробную информацию о нем можно найти в журнале «Провизор», № 14’2000).

Уфибрат, препарат с гиполипидемическим действием,— совместное детище Института фармакотерапии эндокринных заболеваний и Национального медицинского университета им. А. А. Богомольца. По сравнению с липантилом-200М уфибрат обладает более высокой эффективностью и существенно меньшей токсичностью.

Клинические исследования препарата выявили его высокую эффективность при гиперлипидемиях типа IIa, IІb и IV. Прием сублингвальных таблеток уфибрата вызывает снижение уровня общего холестерина, липопротеинов очень низкой плотности, триглицеридов и липопротеинов низкой плотности при одновременном повышении липопротеинов высокой плотности. При этом наблюдается улучшение реологических показателей крови, уменьшение агрегации тромбоцитов, повышение активности эритроцитарных ферментов — каталазы и глутатионпероксидазы и снижение перекисного гемолиза эритроцитов. Активность препарата больше выражена при высокой гиперхолестеринемии и не зависит от уровня триглицеридов. В некоторых случаях уфибрат оказывает лучший терапевтический эффект на больных среднего возраста.

Эстразин — препарат, предназначенный для лечения рака и аденомы предстательной железы, разрабатывался совместно с Институтом онкологии РАМН. Клинические испытания эстразина продолжаются, но уже сейчас есть убедительные доказательства его высокой эффективности в сочетании с низкой токсичностью при лечении рака предстательной железы.

И, наконец, суфан — кардиотонический препарат негликозидной природы, плод совместных усилий Института фармакотерапии эндокринных заболеваний и Национального медицинского университета им. А. А. Богомольца. Кстати говоря, Лидия Петровна Пивоваревич, ученый секретарь института, назвала его своим любимым препаратом. И небезосновательно.

Для синтеза суфана нужны всего лишь два исходных соединения — триптофан и янтарная кислота. Да и сама процедура получения препарата достаточно проста и обходится без сложного, многостадийного синтеза.

Три лекарственные формы появились не сразу. Вначале суфан предназначался исключительно для внутривенного введения. Но чрезвычайно высокая эффективность препарата, выявленная в ходе клинических испытаний, подтолкнула ученых к разработке еще двух лекарственных форм — суппозитория и сублингвальных таблеток. Усилия оказались не напрасными: экспериментальное изучение суппозитория и таблеток показало, что по эффективности они не уступают ампулированному препарату.

Суфан имеет весьма существенные преимущества по сравнению с сердечными гликозидами. Он оказывает более выраженное вагусное действие, не обладает кумулятивным эффектом, подобно дигитоксину, и в 565 (!) раз менее токсичен, чем строфантин-К.

Достоинств у суфана много:

  • повышает сократимость миокарда, оказывает положительный инотропный эффект, приводит к увеличению минутного объема сердца, показателей сердечной гемодинамики, периферического кровообращения и микроциркуляции, тканевого обмена;
  • увеличивает рефрактерный период в предсердно-желудочковом узле, изменяя тем самым предсердно-желудочковую проводимость и уменьшая частоту сердечных сокращений при наджелудочковой тахикардии и увеличению P-Q интервала при синусовом ритме;
  • на применение препарата хорошо реагируют больные с дилатированным сердцем, сниженной систолической и насосной функцией;
  • суфан восстанавливает сниженное содержание гликогена, ускоряет окисление глюкозы и молочной кислоты, усиливает окислительный метаболизм липидов и таким образом способствует поддержанию энергетических ресурсов миокарда.

Обычно препарат хорошо переносится больными, но при наличии поливалентной аллергии, выраженной почечной недостаточности и острой атриовентрикулярной блокаде ІІ–ІІІ степени его применение нежелательно. Суфан малоэффективен в тех случаях, когда сердечная недостаточность протекает с высоким минутным объемом сердца или обусловлена нарушением диастолической функции желудочков, поэтому на основании проведенных клинических испытаний препарат рекомендован для профилактики и лечения первых признаков сердечной недостаточности, для урежения сердечного ритма при мерцании предсердий, пароксизмальной наджелудочковой тахикардии для перевода трепетания предсердий в мерцание предсердий или синусовый ритм. Кроме того, его рекомендуют применять при синдроме острой левожелудочковой недостаточности при инфаркте миокарда и для лечения сердечной недостаточности при инфаркте миокарда.

Итак, результаты клинических испытаний указывают на целесообразность серийного производства суфана. Но, к сожалению, сегодня это маловероятно. Отечественные предприятия, выпускающие триптофан и янтарную кислоту, практически приостановили свою работу, да и предприятия, заинтересованного в выпуске препарата, найти пока не удалось.

И все же, несмотря на трудности, работа над созданием новых препаратов продолжается. Химики синтезировали около полусотни соединений, предназначенных для лечения сахарного диабета и его осложнений. Из них отобраны наиболее активные вещества и сейчас проводится их детальное изучение.

В поиске новых антитиреоидных препаратов ученые пошли нетрадиционным путем и сегодня в их распоряжении уже есть два перспективных вещества с различным механизмом действия, и со временем одно из них станет основой нового лекарственного средства.





© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика