Логотип журнала "Провизор"








Наталья Бенюх, к. ф. н.

История фармации Галичины (XII–XX вв.)

Начало в № 20, 21, 22, 23, 24'99

Штатные работники аптек и их профессионально-социальный статус в XVIII–XIX вв.

На протяжении столетий на западноукраинских землях аптекарями называли собственников аптек — заведений, где готовили снадобья, фармацевтами — специалистов, работавших в аптеке, но собственной аптеки не имевших. С приходом к власти австрийское правительство окружило вниманием и опекой аптекарскую профессию, заботясь о профессиональном уровне и моральном облике служителей фармации. В аптекарском постановлении 1807 года отмечалось: «... чтобы в аптеку принимать молодежь с хорошими привычками, которая понимала бы латинский язык… Аптекарям нельзя было переходить из одной аптеки в другую, если они расположены в одном городе».

Министр внутренних дел, ознакомившись с результатами экзаменов кандидатов на должность аптекаря в малых городках Галичины, определил, что эти люди имеют недостаточную квалификацию, поскольку проходили практику у «аптекарей малообразованных». Решение министра было таким:

  1. 1. Подобным аптекарям позволительно работать в малых городках, но им нельзя принимать на практику учеников.
  2. 2. Эти аптекари должны найти более способных специалистов для руководства аптекой.
  3. 3. В связи с тем, что есть более квалифицированные аптекари, районные власти должны принимать решение об увольнении с должности лиц, упомянутых в параграфе 1.

Согласно правительственным отчетам, в Галичине в 1800 году было только 72 аптекаря и 40 помощников аптекарей. В 1820 году уже насчитывалось 135 фармацевтов, а в 1840 году — 219. В этом же году в городе Львове работало 20 магистров фармации (из них 8 собственников аптек).

В профессиональном плане работники аптек разделялись на три степени: ученик, подаптекарь, аптекарь.

Учениками были молодые люди, избравшие эту специальность и по окончании гимназии нанимавшиеся на работу за 30 злотых в аптеку. Согласно положению аптекарского постановления от 20 июля 1820 года, в котором шла речь об аптекарских учениках, «... к вступлению на практику принимались физически здоровые юноши по окончании 4-х классов публичной гимназии, хорошо владевшие польским, немецким и латинским языками, а также умевшие разборчиво писать, чтобы каким-либо образом не навредить больному». Аптекарские ученики имели ограничение по возрасту (с 14 до 18 лет) и принимались для прохождения 3-4-годичной практики в аптеке после сдачи экзаменов по польскому, немецкому, латинскому языкам, а также основам арифметики, каллиграфии. А справка о хорошем состоянии здоровья и справка местного профессионального товарищества аптекарей позволяли ученику приступить к практической работе.

Врачебный совет внимательно следил за приобретением профессиональной квалификации будущими фармацевтами. Аптекари, у которых ученики проходили практику, обязаны были сдавать отчеты о подготовке своих учеников и вести контроль за выполнением контрольных заданий, а также вносить предложения по улучшению системы обучения.

В своем отчете от 28 апреля 1891 года австро-венгерскому правительству руководитель аптеки в Пильзене Францишек Мике отмечает, что аптекарь должен записать ученика в тот консилиум (профессиональное товарищество), в районе которого расположена аптека. На протяжении нескольких лет ученик проходил практику. На первом году обучения ученик должен научиться распознать снадобья растительного, животного и минерального происхождения, уметь отличить лекарственную форму, вид, цвет, вкус, запах, а также выучить гербарий лекарственных растений и латинские названия лекарственных форм. Второй год — работа в лаборатории под надзором старшего фармацевта. На третий год ученики изготавливают снадобья и определяют их цену под надзором аптекаря, а также приобретают теоретические знания по органической и неорганической химии.

По окончании практики ученик обращается к соответствующему аптекарскому консилиуму с просьбой назначить срок экзамена. Далее происходит сдача теоретического и практического экзаменов. Протокол экзамена отсылался главному инспектору Службы здоровья, где его рассматривал Врачебный совет, который и выдавал патент, а ученик принимал присягу и мог приступать к обязанностям аптекарского помощника І, ІІ или ІІІ класса (класс определялся оценкой на экзамене).

Руководители аптек считали, что обучение учеников на подаптекарей является недостаточным. Поэтому нужны фармацевтические школы в Кракове и Львове, где ученики могли бы учиться фармакогнозии, бухгалтерии, общей химии, работе с микроскопом, товароведению.

Для улучшения подготовки аптекарских учеников в XIX в. был издан учебник на польском языке, обработанный аптекарем из Строкова В. Заячковским. Этот учебник рекомендован Львовским и Краковским аптекарскими товариществами как наилучший из существующих.

Аптекарские помощники в зависимости от класса (I или II) проходили в аптеке двух- или трехлетнюю практику, обучались на провизорских химико-фармацевтических курсах в Медико-хирургической академии или в университете. После этого Врачебный совет принимал экзамен по минералогии, ботанике, зоологии, химии, фармакогнозии и проверял способность аптечных помощников оказывать первую помощь при несчастных случаях. Провизор (университетское звание), как и помощник, тоже проходил двух- или трехлетнюю практику. Экзамен перед Врачебным советом включал те же дисциплины, но в более полном объеме. Практический экзамен состоял из одного химического анализа и приготовления трех сложных лекарственных препаратов. Австрийская служба здоровья предъявляла высокие требования к профессиональной квалификации фармацевтов. Причем вводилась официальная разница между знаниями, которые должны приобрести аптекари-собственники и провизоры-служащие. В «Извлечении дополнительных распоряжений для аптекарей» из протокола заседания Наивысшей дирекции докторов от 5 апреля 1808 года, в частности, указано: «Никто не может занимать должность аптекаря, если не прошел пятилетней практики в аптеке. Провизор после этого обязан лишь сдать экзамен, а аптекарь — прослушать аптечно-фармацевтический курс и представить доказательства своего труда — собранный им собственноручно Herbarium Virum как лекарственных, так и других растений».

Руководить аптекой в то время мог только аптекарь — магистр фармации.

Кандидат на должность провизора предъявлял свидетельства об отработанной практике и сданных экзаменах по химии, ботанике, фармации, фармакогнозии, полицейско-судебной химии и номенклатуре лекарственных средств в отдельности перед каждым профессором. Как уже отмечалось, требования к провизору, который будет работать в аптеке, были более низкими, чем к аптекарю, который будет руководить аптекой, и не включали «торговых наук». Кандидат, кроме устного экзамена по теории, сдавал также практический экзамен в лаборатории и получал степень провизора I, II или III класса. Если же провизор хотел получить степень аптекаря или магистра фармации, он должен был отработать годичную практику, после чего проходил химико-фармацевтический курс и сдавал экзамен по математике, физике, ботанике, зоологии, общей и полицейско-судебной химии, фармации, фармакологии, старой и новой номенклатуре лекарственных средств и бухгалтерии, по курсу монет, мер и весов.

Разделение на степени означало: I — отлично, II — хорошо и III — удовлетворительно. Это разделение было введено Временным врачебным комитетом и никак не влияло на практическую работу.

Аптекарский устав 1844 года определяет права и обязанности аптекарей и провизоров:

п. 12. Аптекарь может иметь лишь одну аптеку;
п. 14. Право содержать собственную аптеку имеют лишь квалифицированные аптекари;
п. 15. Провизоры первого и второго класса имеют право лишь на содержание уже существующих аптек;
п. 17. Квалифицированные аптекари, провизоры, помощники и ученики, пока выполняют свои обязанности в аптеке, освобождаются от призыва на службу;
п. 22. Аптекарям, провизорам и аптекарским помощникам строго запрещалось заниматься врачебной практикой.

Касаясь вопроса высшего фармацевтического образования в Галичине в XVIII–XIX вв., нужно указать, что запланированное протомедиком Галичины А. Крупинским открытие во Львове высшей медицинской школы не состоялось.

Академия, действовавшая до того времени, была реорганизована в лицей. 13 января 1773 года во Львове открылась медицинская коллегия (Collegium medicum) для подготовки хирургов, акушеров, цирюльников и аптекарей. Коллегия стала главным медико-санитарным органом в Галичине. Обучение в коллегии длилось два года. Кроме протомедика, который осуществлял общее руководство, здесь работали еще два профессора-хирурга, клинический ассистент и два акушера. Учебные программы для фармацевтов, к сожалению, не сохранились, известно лишь, что будущие аптекари получали в медицинской коллегии недостаточно знаний по специальности. Недостаток лекций по химии объяснялся в мемориале, изданном санитарным исполнителем 5 марта 1776 года, тем, что фармацевтам будет достаточно знаний, приобретенных во время практики в аптеке. Низкий уровень теоретической подготовки будущих фармацевтов стал причиной того, что Медицинскую коллегию за 11 лет ее существования закончили лишь 60 аптекарей.

Жизнь требовала создания нового, более сильного в научном плане учебного заведения. И вот 7 июня 1784 года Императорская канцелярия издала декрет об открытии во Львове университета. 21 октября этого же года император Австро-Венгрии подписал соответствующий диплом. 16 ноября 1784 года во Львовском университете начались первые занятия на теологическом, юридическом, философском и медицинском факультетах. В обращении Академического сената университета к австрийскому правительству было отмечено, что «украинская молодежь не может, используя свои способности, пытаться получить медицинское образование». В то же время Медицинская коллегия передала университету часть своих функций: здесь начали сдавать экзамены врачи и провизоры.

С 1790 по 1797 гг. на медицинском факультете училось сравнительно небольшое количество студентов: 33 медика, 85 хирургов, 54 акушерки и 13 аптекарей. Это объяснялось тем, что на факультет зачислялись студенты, которые закончили лицей, где прослушали трехлетний курс философии.

В 1853–1854 годах провизоры учились на самостоятельном курсе (Studium Farmaceutyczne) при философском факультете Львовского университета. Занятия длились два года. Программа включала лекции для слушателей философии и фармацевтов по физике, которые читал профессор Гандль, минералогии (профессор Шмитт), неорганической химии (доктор Линеман) и отдельно для фармацевтов по ботанике и зоологии. На второй год фармацевты слушали лекции по химии и фармакогнозии. О том, каков был уровень подготовки на фармацевтическом отделении университета, свидетельствует тот факт, что лекции по фармакогнозии читал доктор медицины окулист И. Гавранек.

В 1869/1870 учебном году на фармацевтическом отделении обучалось 28 студентов, в 1888/1889 году — 45.

Научная общественность Львова требовала создания при университете двух фармацевтических кафедр — фармакогнозии и фармации (технологии лекарственных форм). С разрешения Министерства вероисповедания и народного образования эти кафедры были созданы опять-таки при философском факультете. Возглавлял группу профессоров-фармацевтов в составе философского факультета сначала профессор Игнатий Гавранек, а потом — единственный магистр фармации среди профессоров Дунич-Вонсович.

Экзамен у провизоров принимала экзаменационная комиссия, председателем которой был декан медицинского факультета. Получить университетский диплом, в особенности детям украинцев, которым препятствовали представители господствующего класса, было очень тяжело. Основной преградой была высокая плата за обучение — 5,5 тыс. форинтов (гульденов).

Учебная программа фармацевтов включала на первых порах четырехлетнюю, а потом трехлетнюю практику в аптеке и экзамен на помощника аптекаря — тироциниум. Большинство студентов ограничивалось в своем образовании как раз тироцинальным экзаменом. Поэтому в 1879 году во Львове была открыта фармацевтическая школа для подготовки аптекарских помощников. До 1928 года здесь приобрели квалификацию 500 аптекарских помощников. Согласно учебному плану фармацевтического отделения Львовского университета в 1889 г. из программы подготовки была исключена минералогия и зоология и введены лекции по бактериологии и гигиене. После первого года обучения студенты сдавали три экзамена: по физике, ботанике и общей химии, после второго курса — экзамен по специальным предметам.

Программа профессионального образования фармацевтов, принятая еще в первой половине XIX в., осталась неизменной почти к началу Первой мировой войны. Это странно, если учесть, что вторая половина XIX в. ознаменовалась новыми открытиями в различных науках, в том числе и химии. Синтезировались новые лекарственные препараты. Зарождался фармацевтический промысел, когда аптеки получали уже готовые снадобья или полуфабрикаты. Это уменьшало роль аптек в изготовлении лекарственных средств и приближало их к учреждениям торговли.

В то время в научных кругах европейских стран велась дискуссия о проведении реформы фармацевтического образования и реорганизации работы аптек. В 1892 году был издан труд известного биохимика и физиолога Марцела Ненука «О необходимости реформы преподавания фармации». Годом позже он вышел на немецком языке. Перед тем Ненука выступил на собрании фармацевтического товарищества в Варшаве с рефератом «Неободимость реформы фармацевтического образования», вызвавшим живой интерес в научных кругах и ставшим предметом дискуссии в Галичине.

Ученый-фармацевт Генрик Губерт поддержал предложение Ненука отменить практику учеников в аптеках. Основные тезисы выступлений львовского аптекаря Бронислава Косковского о социально-экономическом аспекте образования фармацевтов и возможных последствиях реформы фармацевтического образования были помещены в журнале «Голос» (1892, № 37) и в «Фармацевтических ведомостях» (1892 г. XIX, № 19, ст. 430–432).

В. Косковский доказывал, что общественное мнение о якобы недостаточном образовании провизоров и предвзятом к ним отношении со стороны собственников аптек является безосновательным. Это подтвердили результаты социологического исследования, проведенного среди студентов. По его мнению, шестиклассное образование было достаточными. Университетские занятия и труд в лабораториях аптек Б. Косковский тоже считал «достаточным для надлежащего выполнения своих обязанностей».

Реформа была нужна не в учебных программах, а, прежде всего, в организации работы аптек. Отмена цехового строя, уменьшение рабочего дня позволили бы фармацевту более тщательно заниматься самообразованием.

продолжение № 2'2000





© Провизор 1998–2017



Грипп у беременных и кормящих женщин
Актуально о профилактике, тактике и лечении

Грипп. Прививка от гриппа
Нужна ли вакцинация?
















Крем от морщин
Возможен ли эффект?
Лечение миомы матки
Как отличить ангину от фарингита






Журнал СТОМАТОЛОГ



џндекс.Њетрика